b_a_n_s_h_e_e (b_a_n_s_h_e_e) wrote,
b_a_n_s_h_e_e
b_a_n_s_h_e_e

Анорексия

Недавно мне попалась очень интересная книга The Fasting Girl by Michelle Stacey. Книга повествует про некую Молли Фэнчер (Mollie Fancher), которая утверждала что годами обходилась без еды. По материалам этой книги я настрочила маленькую статью про анорексию в 19м веке. Теперь хочу проистерию написать, как думаете, стоит?

Итак, анорексия...



Ренуар, Завтрак


Анорексия – одно из популярнейших заболеваний современности. Неудивительно, ведь стройная фигура стала символом успеха, а топ-модели – образцами для подражания. Тем не менее, само понятие anorexia nervosa зародилось еще в 19м веке. Стало быть, уже тогда многострадальный женский пол отказывался от плитки шоколада во имя высшей цели. Но какой? Викторианкам-то чего не хватало? Если посмотреть на картины той эпохи, можно увидеть что хотя осиная талия была в цене, но пышные бедра и грудь тоже из моды не выходили. Одни турнюры чего стоят! Может, еда была такой, что в рот не возьмешь? Тоже нет, от рецептов 19го века невольно текут слюнки. И тем не менее, все чаще молодые девушки отказывались от пищи. Их поведение объяснялось рядом причин, в частности, желанием стать настоящей леди, которая не просит добавки, возможность упрочить свое положение в семье, ну и жажда славы, разумеется.

В 1859 году американский врач Уилльям Чипли описал состояние, которое он назвал «ситомания» - боязнь еды. Правда, Чипли работал в психиатрической лечебнице, так что и случаи в его практике были специфически. Кто-то из пациентов отказывался от еды, в силу того что он все равно бессмертен и еда ему незачем, кого-то к умеренности призывал червяк, якобы сидящий в голове, а кто-то просто боялся, что правительство хочет его отравить. Тем не менее, среди шизофреников всех мастей попадались юные барышни, которых приводили в клинику перепуганные родители. Девушки были зачастую из буржуазных семей, где в разных лакомствах недостатка не было, но тем не менее, они упорно отказывались есть. Почти десять лет спустя подобное состояние описал английский врач Уилльям Галл, назвав его «истерической апепсией». В том же году француз Шарль-Эрнест Ласег опубликовал длинную статью, упомянув «истерическую анорексию». Поскольку француз даже не упомянул его имя, Уилльям Галл поспешил восстановить справедливость и долго еще кричал, что он открыл эту болезнь первым. Но так или иначе, статья французского врача описывала анорексию более детально. В частности, Ласег утверждал, что ей подвержены девушки в возрасте от 15 до 20 лет, и что болезнь вызвана психологическими факторами, например, боязнью предстоящего замужества. После еды его пациентки ощущали дискомфорт и боли в желудке. Все чаще они отказывались от еды, пропуская сначала завтрак или обед, а потом и вовсе переставая есть.

Зачастую, такое поведение объяснялось желанием контролировать окружающих, стать центром внимания. В те годы отношение к женщинам было двойственным – с одной стороны, настоящая леди должна быть «ангелом в доме,» существом невинным, почти ребенком. С другой – она должна поддерживать мужу, как плющ обвивающийся вокруг дуба, должна руководить прислугой, чтобы хозяйство функционировало как слаженный механизм, должна быть хорошей матерью, должна быть столпом религии, должна наносить визиты и принимать гостей. Должна, должна, должна... Неудивительно, что некоторые девушки, которым еще предстояло выйти замуж, боялись супружеской жизни. Особенно если принять во внимание уровень смертности при родах. Но у них всегда оставалась возможность уцепиться за детство. Они могли стать беспомощными и тогда родителям пришлось бы опекать их по-прежнему. Отказ от еды был одним из таких способов. Когда девушка переставала есть – даже то небольшое количество еды, которое полагалось настоящей леди – родители или опекуны проявляли беспокойство. Вот они начинают умолять ее или же наоборот, угрожать. Но барышня непреклонна. Ей готовят все самое вкусное, но она даже не смотрит на тарелку. Ей кажется, что еда вообще не нужна. Вскоре добровольная голодовка дочери становится центром всех разговоров. Родственники и друзья жалеют ее наперебой, приглашают врачей, отправляют ее на курорт. Возможно, им все таки удается уговорить упрямицу начать лечение, но в некоторых случаях, столь упорный отказ от еды приводил к летальному исходу. Как можно пронаблюдать, такой анорексией страдали девушки из состоятельных семей, чьи родители могли потратиться на врачей и обеспечить дочь постоянным вниманием и уходом. Вряд ли они говорили голодающей девушке «Вот и здорово что ты не ешь, остальным 14ти детям больше достанется. Продолжай в том же духе, очень экономно с твоей стороны.»

Еще одной причной было страстное желание стать настоящей леди. Считалось, что леди не должна объедаться. Идеалом женственности были ангелы, а где вы видели ангелов которые наворачивают обед так, что корсет трещит? Девушка должна быть бледной, хрупкой и слабой. Пухленькие барышни мечтали заболеть чем-нибудь потяжелее, чтоб достигнуть вожделенной бледности и худобы. Но добиться идеала непросто. Нужно было откуда-то начинать. Часто запреты на обжорство зарождались в семье. Вспомнить хотя бы «Унесенные Ветром», где Мамушка пичкала Скарлетт, чтобы та не объедалась в гостях.

Уж я ли вам не толковала, что настоящую-то леди всегда видать по тому, как она ест, — клюнет, словно птичка, и все. Прямо сказать, не по нутру мне это, не допущу я, чтобы вы у господ Уилксов набросились, как ястреб, на еду и начали хватать с тарелок что ни попадя.
— Но ведь мама же — леди, а она ест в гостях, — возразила Скарлетт.
— Вот станете замужней дамой и ешьте себе на здоровье, — решительно заявила Мамушка. — А когда мисс Эллин была, как вы, барышней, она ничего не ела в гостях, и ваша тетушка Полин, и тетушка Евлалия — тоже. И все они вышли замуж. А кто много ест в гостях, тому не видать женихов как своих ушей.



К счастью, Мамушка с головой дружила, поэтому заставляла Скарлетт есть, а не отправляла в гости голодной И с наказом не есть там ничего. Анорексические привычки отполировывались в школах, где девочек кормили из рук вон плохо и мало. Взять к примеру меню в Ловудской школе, в которой «посчастливилось» учиться Джейн Эйр.

Столовая была большая, низкая, угрюмая комната. На двух длинных столах
стояли, дымясь паром, мисочки с чем-то горячим, издававшим, к моему
разочарованию, отнюдь не соблазнительный запах. Я заметила общее
недовольство, когда аромат этой пищи коснулся обоняния тех, для кого она
была предназначена. В первых рядах, где были большие девочки из старшего
класса, раздался шепот:
- Какая гадость! Овсянка опять пригорела!
(...)
Совершенно изголодавшаяся и обессилевшая, я проглотила несколько ложек
овсянки, не обращая внимания на ее вкус, но едва первый острый голод был
утолен, как я почувствовала, что ем ужасную мерзость: пригоревшая овсянка
почти так же отвратительна, как гнилая картошка; даже голод отступает перед
ней. Медленно двигались ложки; я видела, как девочки пробовали похлебку и
делали попытки ее есть, но в большинстве случаев отодвигали тарелки. Завтрак
кончился, однако никто не позавтракал.
Она продолжала:
- Сегодня вы получили плохой завтрак, который не могли есть, и вы,
наверно, голодны. Я распорядилась, чтобы всем вам дали хлеба с сыром.
Учительницы удивленно взглянули на нее.
- Я беру это на свою ответственность, - добавила она в виде объяснения
и тотчас вышла из класса.
Сыр и хлеб были тут же принесены и розданы, и все с радостью
подкрепились.
Обед подали в двух огромных жестяных котлах, откуда
поднимался пар с резким запахом прогорклого сала. Это месиво состояло из
безвкусного картофеля и обрезков тухлого мяса. Каждая воспитанница получила
довольно большую порцию. Стараясь есть через силу, я спрашивала себя:
неужели нас будут так кормить каждый день?
(...)
После пяти часов нас опять покормили, - каждая получила по маленькой
кружке кофе и по ломтику серого хлеба. Я с жадностью проглотила хлеб и кофе,
но могла бы съесть еще столько же, - мой голод нисколько не был утолен.
Последовал получасовой отдых, и снова начались занятия. Затем нам дали по
стакану воды с кусочком овсяной запеканки, была прочтена молитва, и мы стали
укладываться спать. Так прошел мой первый день в Ловуде.


Но даже это скудное питание кажется мистеру Брокльхерсту, покровителю школы, непозволительной роскошью. Его тирада - это доведенный до абсурда образец пуританского отношения к еде.

- Разрешите мне, сударыня, заметить вам следующее: вы понимаете, что
моя цель при воспитании этих девушек состоит в том, чтобы привить им
выносливость, терпение и способность к самоотречению. Если их и постигло
маленькое разочарование в виде испорченного завтрака - какого-нибудь
пересоленного или недосоленного блюда, то это испытание отнюдь не следовало
смягчать, предлагая им взамен более вкусное кушанье; поступая так, вы просто
тешите их плоть, а значит - извращаете в корне основную цель данного
благотворительного заведения; наоборот, всякий такой случай дает нам лишний
повод для того, чтобы укрепить дух воспитанниц, научить их мужественно
переносить земные лишения. Очень уместна была бы небольшая речь; опытный
воспитатель воспользовался бы таким поводом для того, чтобы упомянуть о
страданиях первых христиан, о пытках, которые переносили мученики, и,
наконец, о призыве господа нашего Иисуса Христа, предложившего своим
ученикам взять свой крест и идти за ним; о его наставлениях, что не единым
хлебом жив человек, но каждым словом, исходящим из уст божьих; о его
божественном утешении: "Если вы жаждете или страждете во имя мое, благо вам
будет". О сударыня, вложив хлеб и сыр вместо пригоревшей овсянки в уста этих
детей, вы, может быть, и накормили их бренную плоть, но не подумали о том,
какому голоду вы подвергли их бессмертные души!


Конечно, условия в Ловуде были экстремальные, но и в более престижных пансионах учениц держали на хлебе и воде, чтобы вырастить из них благовоспитанных дам. В результате, уже в подростковом возрасте они употребляли на обед лишь пару ложек супа, крекер, несколько оливок и немного изюма. А многие просто забывали есть, вспоминая лишь когда голова начинала кружиться. Особенно настоящие леди опасались мяса. Считалось, что мясо стимулирует животные страсти, способствует развитию сексуальности. Иными словами, сейчас ты ешь ростбиф, а завтра совсем стыд потеряешь. Неудивительно, что при таком отношении к питанию здоровье было не на высоте. В середине 19го века среди девушек распространился хлороз – заболевание, при котором кожа пациентки приобретала зеленоватый оттенок (сейчас считается, что это была анемия, вызванная недостатком железа в крови). "Зеленая болезнь" характеризовалась, в частности, отсуствием энергии, потерей веса, проблемами с аппетитом, подавленным настроением. Пик хлороза пришелся на 1870- 80е годы, когда врачи называли его эпидемией. Тем не менее, пациентка, страдающая хлорозом, фактически воплощала идеал женственности.

Наконец, существовал еще один мотив для отказа от пищи – желание прославиться. Так, некоторые женщины утверждали, что питание им не требуется. Вообще и никогда. Такие случаи, разумеется, привлекали всеобщее внимание. Даже в 19м веке многие верили, что человеческий организм действительно может существовать при полном отсуствии еды. Согласно одной теории, в атмосфере находится достаточное количество некой субстанции, органической или неорганической, которой и может питаться человек, не получающий больше никакой пищи! Известно, что многие святые могли поститься долгое время, стало быть, лучший способ достигнуть святости – тоже отказаться от еды. На протяжении веков эта идея не покидала человеческие умы. Ведь у святых же получалось, почему бы и нам не попробовать? Ну а если при этом можно стать знаменитостью местного масштаба, тоже приятно. Например, в 1869 году произошел вопиющий случай с Сарой Джекобс, валлийской девочкой, завялявшей что она уже полтора года обходится без еды. Саре было около 14 лет, она была дочерью фермеров, которые горячо поддерживали все утверждения дочери. Мол, наша девочка настолько невинна, что грубая материальная пища ей и правда не нужна. У постели Сары Джекобс постоянно толпились посетители, оставляя деньги и подарки за возможность воочию увидеть это чудо. Слухи вскоре дошли и до научных кругов. Врачи удивились тому, что девочка вовсе не казалась истощенной, и установили за ней наблюдение. Эксперимент длился с 22 марта по 5 апреля 1869 года и действительно ни разу не было замечено, чтобы девочка хоть что-нибудь ела! Но результаты этого наблюдения были опровергнуты в том же году другой комиссией врачей. Теперь медики потребовали проведения более точного эксперимента, но семья Джейкобсов с легкостью согласилась и на него. А зря. Теперь у кровати девочки круглосуточно дежурили 4 медсестры. Всю комнату обследовали на наличие спрятанной еды. Младшей сестре Сары, которая могла тайком подкармливать ее, отныне было запрещено спать с ней в одной постели. Уже через неделю девочка проявила признаки истощения. Тогда медсестры обратились к врачебной комиссии с просьбой приостановить эксперимент, но мистер и миссис Джейкобс встали на дыбы. Они по-прежнему говорили, что их дочери не требуется пища, да и сама Сара отказывалась есть. В результате, через 8 дней от начала эксперимента Сара Джейкобс скончалась. Ее смерть вызвала волну общественного негодования – как смели врачи наблюдать, как на их глазах девочка умирает от голода? Если бы ее состояние сочли болезнью, то Сару стали бы кормить насильно (или опускать в ванны с бульоном). Однако люди верили, что чудо может пройзойти.

Но титул самой известной «Голодающей девушки» по праву принадлежит Молли Фэнчер (1848 – 1910) из Бруклина. Когда Молли было 17, с ней произошли 2 несчастных случая – сначала она упала с лошади, а несколько месяцев спустя шагнула из омнибуса, но зацепилась платьем, в результате чего ее проволокло по мостовой. После этого происшествия девушку отнесли домой и уложили в кровать, в которой ей суждено было неподвижно пролежать еще 44 года! Она никогда больше не выходила из этой комнаты. Молли Фэнчер утверждала, что обладает телепатическими способностями, может видеть сквозь стены и угадывать будущее. Но славы она достигла потому, что в течении 9 лет якобы не брала в рот ни крошки! Случай Молли Фэнчер расколол общество. Многие были склонны ей верить. Милая мисс Фэнчер никак не производила впечатление мошенницы. Кроме того, жизнь без пищи – это ли не лучший пример торжества духа над плотью? Но скептиков было не меньше. Молли придлагали принять участие в эксперименте, в течении которого она находилась бы под неусыпным наблюдением, но женщина отказалась, видимо, памятуя о случае с бедняжкой Сарой Джейкобс. В результате, никто не сумел ни поддвердить, ни опровергнуть чудесное голодание Молли Фэнчер. Современные ученые считают, что, возможно, Молли Фэнчер ела, просто не догадываясь об этом. Поскольку она страдала синдромом множественной личности – в ее голове уживалось целых пять разных Молли – то возможно одна личность вкушала пищу, а остальные даже не догадывались об этом.


Tissot, Convalescent



Молли Фэнчер, погруженная в транс. С этой постели она никогда не вставала в течении 44 лет.




Молли Фэнчер (справа) и ее тетя Сьюзан.



Пациентка страдающая анорексией, 1887 год.
Tags: victorian
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 85 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →