b_a_n_s_h_e_e (b_a_n_s_h_e_e) wrote,
b_a_n_s_h_e_e
b_a_n_s_h_e_e

Сказки про упырей -1

В сборнике Афанасьева есть несколько сказок про упырей, так что спешу ими поделиться. Как мне кажется, эти упыри не совсем похожи на европейский вампиров, скорее ближе к зомби или к ghouls, потому что интересуются не столько кровью, сколько мясом. Ну и логика в сказках, как обычно, просто убийственная - куда там героине ужастика, которая бедит вверх по темной лестнице. Собственно, за это и люблю сказки :)



В некотором царстве, в некотором государстве был-жил старик со старухою; у них была дочь Маруся. В их деревне был обычай справлять праздник Андрея Первозванного: соберутся девки в одну избу, напекут пампушек и гуляют целую неделю, а то и больше. Вот дождались этого праздника, собрались девки, напекли-наварили, что надо; вечером пришли парубки с сопелкою, принесли вина, и началась пляска, гульба—дым коромыслом! Все девки хорошо пляшут, а Маруся лучше всех. Немного погодя входит в избу такой молодец — что на поди! Кровь с молоком (мда, вот это характеристика)! Одет богато, чисто.

«Здравствуйте,— говорит,— красные девицы!»

«Здравствуй, добрый молодец!»

«Гулянье вам!»

«Милости просим гулять к нам!» (Как и европейским собратьям, это упырю нужно напроситься в гости. Вспоминаются Спайк или Ангел, такие разнесчастные, упорога Баффи)

Сейчас вынул он кошель полон золота, послал за вином, за орехами, пряниками—разом все готово; начал угощать и девок и ребят, всех оделил. А пошел плясать — любо-дорого посмотреть! (Jetzt laden die Vampire zum Taaaanz!) Больше всех полюбилась ему Маруся; так к ней и пристает.

Наступило время по домам расходиться. Говорит этот молодец:

«Маруся! Поди, проводи меня». Она вышла провожать его; он и говорит:

«Маруся, сердце! Хочешь ли, я тебя замуж возьму?»

«Коли бы взял, я бы с радостью пошла. Да ты отколя?»

«А вот из такого-то места, живу у купца за приказчика». (Ага, щаззз)

Тут они попрощались и пошли всякий своей дорогою. Воротилась Маруся домой, мать ее спрашивает:

«Хорошо ли погуляла, дочка?»

«Хорошо, матушка! Да еще скажу тебе радость: был там со стороны добрый молодец, собой красавец, и денег много; обещал взять меня замуж». (практичная девушка, даже Сару напомнила)

«Слушай, Маруся: как пойдешь завтра к девкам, возьми с собой клубок ниток; станешь провожать его, в те поры накинь ему петельку на пуговицу и распускай потихоньку клубок, а после по этой нитке и сведаешь, где он живет».

На другой день пошла Маруся на вечерницу и захватила с собой клубок ниток. Опять пришел добрый молодец:

«Здравствуй, Маруся!»

«Здравствуй!»

Начались игры, пляски; он пуще прежнего льнет к Марусе, ни на шаг не отходит. Уж время и домой идти

«Маруся,— говорит гость,— проводи меня».

Она вышла на улицу, стала с ним прощаться и тихонько накинула петельку на пуговицу; пошел он своею дорогою, а она стоит да клубок распускает; весь распустила и побежала узнавать, где живет ее названый жених? Сначала нитка по дороге шла, после потянулась через заборы, через канавы и вывела Марусю прямо к церкви, к главным дверям. Маруся попробовала — двери заперты; пошла кругом церкви, отыскала лестницу, подставила к окну и полезла посмотреть, что там деется? Влезла, глянула — а названый жених стоит у гроба да упокойника ест; в церкви тогда ночевало мертвое тело. Хотела было потихоньку соскочить с лестницы, да с испугу не остереглась и стукнула; бежит домой — себя не помнит, все ей погоня чудится; еле жива прибежала!

Поутру мать спрашивает:

«Что, Маруся, видела того молодца?»

«Видела, матушка!»—а что видела, того не рассказывает.

Вечером сидит Маруся в раздумье: идти или нет на вечерницу?

«Ступай,—говорит мать,— поиграй, пока молода!»

Приходит она на вечерницу, а нечистый уже там. Опять начались игры, смехи, пляска; девки ничего не ведают! Стали по домам расходиться; говорит нечистый:

«Маруся! Поди, проводи меня».

Она нейдет, боится. Тут все девки на нее накинулись:

«Что с тобой? Или застыдилася? Ступай, проводи добра молодца!»

Нечего делать, пошла — что бог даст! Только вышли на улицу, он ее и спрашивает:

«Ты вчера к церкви ходила?»

«Нет!»

«А видела, что я там делал?»

«Нет!»

«Ну, завтра твой отец помрет!» Сказал и исчез.

Вернулась Маруся домой грустна и невесела; поутру проснулась — отец мертвый лежит. Поплакали над ним и в гроб положили; вечером мать к попу поехала, а Маруся осталась: страшно ей одной дома. «Дай,— думает,— пойду к подругам». Приходит, а нечистый там. «Здравствуй, Маруся! Что не весела?»—спрашивают ее девки.

«Какое веселье? Отец помер». «Ах, бедная!»

Все тужат об ней; тужит и он, проклятый, будто не его дело. Стали прощаться, по домам расходиться. «Маруся,— говорит он,— проводи меня». Она не хочет:

«Что ты — маленькая, что ли? Чего боишься? Проводи его!»—пристают девки.

Пошла провожать; вышли на улицу. «Скажи, Маруся, была ты у церкви?» «Нет!»

«А видела, что я делал?» «Нет!»

«Ну, завтра мать твоя помрет!» Сказал и исчез.

Вернулась Маруся домой еще печальнее; переночевала ночь, поутру проснулась — мать лежит мертвая. Целый день она проплакала, вот солнце село, кругом темнеть стало — боится Маруся одна оставаться; пошла к подругам. (логика убийственная, конечно)

«Здравствуй! Что с тобой? На тебе лица не видать !» — говорят девки.

«Уж какое мое веселье! Вчера отец помер, а сегодня мать».

«Бедная, несчастная!»—сожалеют ее все.

Вот пришло время прощаться.

«Маруся! Проводи меня»,— говорит нечистый.

Вышла провожать его.

«Скажи, была ты у церкви?»

«Нет!»

«А видела, что я делал?»

«Нет!»

«Ну, завтра ввечеру сама помрешь!»

Маруся переночевала с подругами, поутру встала и думает: что ей делать? Вспомнила, что у ней есть бабка — старая-старая; уж ослепла от долгих лет. «Пойду-ка я к ней, посоветуюсь».

Отправилась к бабке.

«Здравствуй, бабушка!»

«Здравствуй, внучка! Как бог милует? Что отец с матерью? »

«Померли, бабушка!»—рассказала ей все, что с нею случилося.

Старуха выслушала и говорит:

«Ох, горемычная ты моя! Ступай скорей к попу, попроси его: коли ты помрешь, чтоб вырыли под порогом яму, да несли бы тебя из избы не в двери, а протащили б сквозь то отверстье; да еще попроси, чтоб похоронили тебя на перекрестке — там, где две дороги пересекаются».

Пришла Маруся к попу, слезно заплакала и упросила его сделать все так, как бабушка научила; воротилась домой, купила гроб, легла в него —и тотчас же померла. Вот дали знать священнику; похоронил он сначала отца и мать Маруси, а потом и ее. Вынесли Марусю под порогом, схоронили на раздорожье.

В скором времени случилось одному боярскому сыну проезжать мимо Марусиной могилы; смотрит— а на той могиле растет чудный цветок, какого он никогда не видывал. Говорит барич своему слуге:

«Поди, вырой мне тот цветок с корнем; привезем домой и посадим в горшок: пусть у нас цветет!»

Вот вырыли цветок, привезли домой, посадили в муравленый горшок и поставили на окно. Начал цветок расти, красоваться. Раз как-то не поспалось слуге ночью; смотрит он на окно и видит — чудо совершилося: вдруг цветок зашатался, упал с ветки наземь — и обратился красной девицей; цветок был хорош, а девица лучше! Пошла она по комнатам, достала себе разных напитков и кушаньев, напилась-наелась, ударилась об пол — сделалась по-прежнему цветком, поднялась на окно и села на веточку.

На другой день рассказал слуга баричу, какое чудо ему в ночи привиделось.

«Ах, братец, что ж ты меня не разбудил? Нынешнюю ночь станем вдвоем караулить».

Пришла ночь — они не спят, дожидаются. Ровно в двенадцать часов цветок начал шевелиться, с места на место перелетать, после упал наземь — и явилась красная девица; достала себе напитков и кушаньев и села ужинать. Барич выбежал, схватил ее за белые руки и повел в свою горницу; не может вдоволь на нее насмотреться, на красоту ее наглядеться. Наутро говорит отцу, матери:

«Позвольте мне жениться; я нашел себе невесту».

Родители позволили. Маруся говорит:

«Я пойду за тебя только с тем уговором, чтобы четыре года в церковь не ходить»

«Хорошо!»

Вот обвенчались, живут себе год и два, и прижили сына. Один раз наехали к ним гости; подгуляли, выпили, и стали хвалиться своими женами: у того хороша, у другого еще лучше.

«Ну, как хотите,— говорит хозяин,— а лучше моей жены во всем свете нету!»

«Хороша, да некрещена!»—отвечают гости.

«Как так?»

«Да в церковь не ходит».

Те речи показались мужу обидны; дождался воскресенья и велел жене наряжаться к обедне. «Знать ничего не хочу! Будь сейчас готова!» Собрались они и поехали в церковь; муж: входит — ничего не видит, а она глянула — сидит на окне нечистый. (вообще, интересно, что он так запросто ходит в церковь)

«А, так ты вот она! Вспомни-ка старое: была ты ночью у церкви».

«Нет!»

«А видела, что я там делал?»

«Нет!»

«Ну, завтра у тебя и муж и сын помрут!»

Маруся прямо из церкви бросилась к своей старой бабушке. Та ей дала в одном пузырьке святой воды, а в другом живущей и сказала, как и что делать. На другой день померли у Маруси и муж и сын; а нечистый прилетел и спрашивает:

«Скажи, была у церкви?»

«Была».

«А видела, что я делал?»

«Мертвого жрал!» (ну достал уже!)

Сказала да как плеснет на него святой водою — он так прахом и рассыпался. После взбрызнула живущей водой мужа и сына — они тотчас ожили и с той поры не знали ни горя, ни разлуки, а жили все вместе долго и счастливо. (... и вечно. Как отца с сыном звали даже спрашивать не хочу!)


***
А вот это действительно грустная история :(

В одном селе жили-были муж; да жена; жили они весело, согласно, любовно; все соседи им завидовали, а добрые люди, глядючи на них, радовались. Вот хозяйка отяжелела, родила сына, да с-тех родов и померла.

Бедный мужик горевал да плакал, пуще всего о ребенке убивался: как теперь выкормить, возрастить его без родной матери? Нанял какую-то старушку за ним ходить; все лучше. Только что за притча? Днем ребенок не ест, завсегда кричит, ничем его не утешишь; а наступит ночь — словно и нет его, тихо и мирно спит.

— Отчего так?—думает старуха.—Дай-ка я ночь не посплю, авось разведаю.

Вот в самую полночь слышит она: кто-то отворил потихоньку двери и подошел к люльке; ребенок затих, как будто грудь сосет.

На другую ночь и на третью опять то же. Стала она говорить про то мужику; он собрал своих сродственников и стал совет держать. Вот и придумали: не поспать одну ночь да подсмотреть: кто это ходит да ребенка кормит? С вечера улеглись все на полу, в головах у себя поставили зажженную свечу и покрыли ее глиняным горшком.

В полночь отворилась в избу дверь, кто-то подошел к люльке—и ребенок затих. В это время один из сродственников вдруг открыл свечу—смотрят: покойная мать в том самом платье, в каком ее схоронили, стоит на коленях, наклонясь к люльке, и кормит ребенка мертвой грудью.

Только осветилась изба — она тотчас поднялась, печально взглянула на своего малютку и тихо ушла, не говоря никому ни единого слова. Все, кто ее видел, превратились в камень, а малютку нашли мертвым.


Tags: vampire
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 71 comments