b_a_n_s_h_e_e (b_a_n_s_h_e_e) wrote,
b_a_n_s_h_e_e
b_a_n_s_h_e_e

Ченчи

В рамках подготовки к экзамену перечитываю пьесу "Ченчи" Перси Бише Шелли. Пьеса про инцест и отцеубийство, рекомендую всем любителям готической литературы. Во время пребывания в Италии Шелли написал “Ченчи” за пару месяцев, издал и всерьез надеялся поставить ее в Ковент Гардене. Во-первых, потому что сюжет исторический, а значит можно писать все что угодно - лишь бы такие ужасы не происходили в современной Англии. Во-вторых, потому что он упоминает инцест завуалировано (хотя, как мне кажется, куда уж откровеннее). Когда директор театра прочел "Ченчи" и подобрал челюсть, то заявил что такое поставить они, конечно же, не смогут, но порекомендовал поэту написать другую трагедию, менее жуткую. Шелли ужасно расстроился, потому что надеялся что именно это его произведение станет популярным, и уже не предпринимал попытки поставить свое детище. Впервые пьеса появилась на театральных подмостках в 1886 году, при том что постановка была частной и ее спонсировало Общество Шелли.

Шелли написал "Ченчи" под влиянием подлинной истории семьи Ченчи. Глава семьи, старый распутник Франциско Ченчи перепробовал все преступления и в конце коноцв дошел до изнасилования собственной дочери Беатриче. И Беатриче, и ее мачеха Лукреция жаловались властям и Папе на постоянные истязания, но помогать им никто не собирался. Власть отца над домочадцами была защищена законом, да и мало кто хотел связываться с ненормальным графом. В конце концов, граф Ченчи увез свою семью в отдаленный замок, чтобы продолжать издевательства. Доведенные до отчаяния, женщины наняли убийц и все вместе они опили графа. Согласно официальной версии, яд не подействовал и тогда члены семьи, вместе с нанятыми убийцами, забили отца до смерти и выбросили тело в окно, чтобы сымитировать несчастный случай. В пьесе события описаны гораздо мягче - убийцы просто душат Франциско и сбрасывают его с балкона, женщины же не принимают участия в преступлении. В конце концов, убийство было раскрыто, всех участников пытали и осудили на смертную казнь. Лукреции и Беатриче отрубили голову. Сама казнь не показана в "Ченчи", пьеса заканчивается тем что Бернардо, брат Беатриче, прощается с ней и ее уводят. На самом деле, отличная пьеса, но уж очень жуткая и депрессивная. Сплошная безнадега. Особенно страшно, что и в наши дни такие происшествия отнюдь не редкость :(

Прочесть пьесу на английском или на русском в переводе Бальмонта можно здесь и здесь. А в Википедии есть статья про Беатриче, тоже можете ознакомиться. А под катом несколько отрывков из пьесы.



Портрет Беатриче Ченчи



Отрывки, которые мне особенно понравились. Эту речь граф Ченчи произносит, когда узнает о смерти своих сыновей. Он устроил вечеринку в честь их смерти, собрал гостей, а потом объявил причину торжества. И последовал настоящий WTF moment, а граф между тем продолжал радоваться. Здесь он напоминает вампира. Ну такой злодей, что клейма негде ставить. Таких злодеистых злодеев вообще мало в литературе, даже Монтони из Удольфо просто милый шалун по сравнению с Ченчи.

CENCI (filling a bowl of wine, and lifting it up)
O thou bright wine, whose purple splendor leaps
And bubbles gayly in this golden bowl
Under the lamp-light, as my spirits do,
To hear the death of my accursèd sons!
Could I believe thou wert their mingled blood,
Then would I taste thee like a sacrament,
And pledge with thee the mighty Devil in Hell,
Who, if a father's curses, as men say,
Climb with swift wings after their children's souls,
And drag them from the very throne of Heaven,
Now triumphs in my triumph!--But thou art
Superfluous; I have drunken deep of joy,
And I will taste no other wine to-night.
Here, Andrea! Bear the bowl around.


О, ты,
Веселое вино, чей блеск багряный
Играет, пенясь, в кубке золотом,
Как дух мой, веселящийся при вести
О смерти этих гнусных сыновей!
Когда б не ты, а кровь их здесь блистала,
Я выпил бы ее благоговейно,
Как кровь Святых Даров, и, полный смеха,
Приветствовал бы я заздравным тостом
Могучего владыку Сатану.
Он должен ликовать в моем триумфе,
Коль правда, как свидетельствуют люди,
Что страшное отцовское проклятье
За душами детей, на быстрых крыльях,
Летит и тащит их в глубокий Ад,
Хотя б от самого престола Неба!
Ты лишнее, вино мое: я пьян
От пьяности восторга - в этот вечер
Другой мне хмель не нужен.


Речь Беатриче после того, как ее изнасиловал родной отец. Если это завуалированный намек на инцест, то каким же должен быть откровенный?


How comes this hair undone?
Its wandering strings must be what blind me so,
And yet I tied it fast.--Oh, horrible!
The pavement sinks under my feet! The walls
Spin round! I see a woman weeping there,
And standing calm and motionless, whilst I
Slide giddily as the world reels.--My God!
The beautiful blue heaven is flecked with blood!
The sunshine on the floor is black! The air
Is changed to vapors such as the dead breathe
In charnel-pits! Pah! I am choked! There creeps
A clinging, black, contaminating mist
About me--'t is substantial, heavy, thick;
I cannot pluck it from me, for it glues
My fingers and my limbs to one another,
And eats into my sinews, and dissolves
My flesh to a pollution, poisoning
The subtle, pure, and inmost spirit of life!
My God! I never knew what the mad felt
Before; for I am mad beyond all doubt!

Беатриче

Как? Волосы распущены? Зачем?
Так это я от них совсем ослепла -
Но я ведь заплетала их. - О, ужас!
Колеблется земля, вот-вот, раскрылась!
И стены зашатались. Вон, я вижу,
Там женщина рыдает; неподвижно,
Спокойно, далеко стоит она,
А я с землею в бездну упадаю.
О Боже! Свод небес запачкан кровью.
Лучи дневные черны. Светлый воздух
Внезапно превратился в те пары,
Которыми в могилах трупы дышат!
А! Задыхаюсь! Вкруг меня ползет,
Цепляется туман - заразой черной
Он входит в душу, плотный и тяжелый,
Я не могу сорвать его с себя,
Он липнет, - вот склеились пальцы, члены,
Он жилы разъедает, он меня
Наполнил ядом, грязным разложеньем,
Источник самой жизни осквернил!
О Господи! Я до сих пор не знала,
Что чувствуют безумные. Конечно!
Конечно, я с ума сошла!


Когда Лукреция просит рассказать о том, что же произошло, Беатриче просто не находит слов, чтобы описать свою психологическую травму.


I hide them not.
What are the words which yon would have me speak?
I, who can feign no image in my mind
Of that which has transformed me; I, whose thought
Is like a ghost shrouded and folded up
In its own formless horror--of all words,
That minister to mortal intercourse,
Which wouldst thou hear? for there is none to tell
My misery; if another ever knew
Aught like to it, she died as I will die,
And left it, as I must, without a name.
Death, death! our law and our religion call thee
A punishment and a reward; oh, which
Have I deserved?


Беатриче

Я не прячу ничего.
Но где возьму я слов для выраженья
Того, что я в слова вложить не в силах?
В моей душе нет образа - того,
Что сделало меня навек другою:
В моей душе есть только мысль о том,
Что я - как труп, восставший из могилы,
Закутанный, как в саван гробовой,
В бесформенный и безымянный ужас.
Какие же слова должна я выбрать
Из тех, что служат смертным для бесед?
Нет слова, чтоб сказать мое мученье.
Хоть что-нибудь подобное, она
Скорей бы умерла, как я умру,
Но только бы оставила свой ужас
Без имени, что сделаю и я.
Смерть! Смерть! И наш закон, и наша вера
Зовут тебя наградою и карой!
Чего из двух заслуживаю я?




Фотографии Margaret Cameron - девушки в образе Беатриче Ченчи. Сравните с ее портретом.


















Hosmer, Beatrice Cenci
Tags: art, photo, poetry
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 54 comments