b_a_n_s_h_e_e (b_a_n_s_h_e_e) wrote,
b_a_n_s_h_e_e
b_a_n_s_h_e_e

"Оскорбленная королева" Каролина - Часть2

Продолжение истории Георга и Каролины. На повестке дня - кошмарная свадьба. Так и хочется спросить, а какую самую кошмарную свадьбу видели вы? Она была такая же или еще хуже?


***

Каролина была вне себя от счастья. Наконец-то наступила та сладостная, волнующая пора, от предвкушения которой замирало сердце любой барышни - подготовка к свадьбе. Нужно собрать приданое, перемерить сундук платьев — подарок свекрови - и обучиться придворному этикету у посланника лорда Малмсбери. Но капля дегтя не заставила себя ждать. За день до отъезда дочери Августа получила анонимное письмо, в котором некий доброжелатель называл леди Джерси «худшей и самой опасной из всех распутниц». Августа решила показать письмо Каролине. Та была расстроена, но не слишком. Даже в ее закрытый мирок просочились сведения о личной жизни принца. «Я намерена никогда не досаждать ему ревностью. Мне известно, что принц легкомысленен, и я к этому готова», отважно заявляла Каролина.



Принц Уэльский в борделе с друзьями



Вместе с тем, встреча с леди Джерси страшила принцессу, тем более что зловещая особа была уготована ей во фрейлины (точнее, в "леди опочивальни"). Особые опасения внушало то, что леди Джерси была не только фавориткой ее жениха, но и доброй подругой будущей свекрови. Опасаясь их двойного давления, Каролина, тем не менее, отправилась в путь. Какой бы ни была Англия, вряд ли она теснее Брауншвейга. А жизнь принцессы Уэльской наверняка легче, чем ее прежнее унылое существование.

Но принцесса ошибалась. Вместо роз ей достанутся шипы.

Британия неласково встретила немецкую гостью. 3 апреля 1795 года королевская яхта «Августа» пришвартовалась в Гринвиче, но когда принцесса со свитой сошла на берег Темзы, кареты поблизости не оказалось. Пришлось прождать на берегу целый час, пока карета не соизволила прибыть. За встречу гостьи отвечала леди Джерси, которой не терпелось сразу дать Каролине понять, кто здесь главный. Познакомившись с новой госпожой, фрейлина раскритиковала ее платье, поругалась с ней из-за места в карете и, в целом, вела себя вызывающе. Ко дворцу Сент-Джеймс Каролина подъезжала мрачнее тучи. Оставалась последняя надежда — вдруг жених окажется галантным джентльменом и защитит ее от фрейлины-язвы. Но первая же встреча с Георгом разрушила все надежды.

Следуя протоколу, Каролина собиралась преклонить колени перед наследным принцем. Георг поднял ее за руку и обнял, после чего быстрым шагом удалился в свои апартаменты. Где и потребовал бренди.

Потом он не раз вспоминал это встречу, упиваясь жалостью к себе. Он считал себя обманутым и глубоко оскорбленным. С одной стороны, его разочарование можно понять. Прежде он видел невесту только на портрете.

Но портреты не пахнут.

Стандарты гигиены в 18 веке были невысоки, и благородные господа мылись далеко не каждый день. Однако в описаниях современников Каролина предстает выдающейся грязнулей и неряхой. При первой встречи с принцессой лорд Малмсбери был поражен, что ее мать, будучи англичанкой, так и не приучила дочь к чистоплотности. Чтобы наверстать упущенное, он убеждал ее в необходимости «уделять пристальное внимание каждому предмету туалета, как платью, так и исподнему (Я знал, что она носит грубые сорочки и нижние юбки, а также шерстяные чулки, крайне редко отдает все это в стирку, и переменяет тоже недостаточно часто)». Каролина пропускала его намеки мимо ушей, а во время путешествия по Европе подарила ему сомнительный сувенир — свой полусгнивший зуб, вырванный незнакомым цирюльником.

В течение всей жизни Каролина пренебрегала личной гигиеной. «Неудивительно, что принцесса Уэльская внушала отвращение принцу, ведь она была неряхой и не умела самостоятельно одеваться. Пусть бы такие люди позволяли одевать себя, как одевают кукол. Вот она иногда и позволяла, но потом обязательно портила весь вид, надев чулки швом спереди или шиворот навыворот. А уж как она их подвязывала — вот ужас так ужас!» откровенничала одна из ее фрейлин. Усугубляло проблему и то, что принц Георг исправно мылся и часто менял белье. Гигиену он ставил во главу угла. Если бы невеста благоухала, как цветник, возможно, их отношения развивались бы иначе. Но при виде Каролины его трясло от омерзения.




На свою свадьбу, состоявшуюся 8 апреля в Королевской часовне дворца Сент-Джеймс, принц Георг пришел пьяным вдрызг. Во время молитвы вскочил на ноги, словно собираясь бежать. Смутился, когда архиепископ сделал многозначительную паузу после вопроса о препятствиях для брака. Искал глазами леди Джерси. С невестой едва перебросился парой пустых фраз. Словом, вел себя так неприлично, что собравшиеся тихо вздыхали и сочувствовали невесте. Каролина стояла у алтаря в платье из серебристой парчи. Словно не замечая происходящее, она упивалась торжественным моментом.

Неприличная свадьба плавно перетекла в кошмарную брачную ночь. «Судите сами, каково это, когда муж напился на свадьбу, после чего провел большую часть ночи у каминной решетки, где он упал и где я его так и оставила» жаловалась Каролина своей фрейлине. Георг описывал пережитое еще грубее: «В первую ночь не только не показалась кровь, но и манерами своими она (Каролина) не походила на неискушенную особу». По его словам, при виде мужского достоинства принца невеста воскликнула «Боже, какой огромный!» Следовательно, ей уже было, с чем сравнивать (!!!) Следующей ночью невеста «размешала зубной порошок в воде и полученной пастой начала затирать грязные пятна на ночной сорочке, пятна спереди и сзади». Дальше принц уже не мог терпеть. Каким-то чудом в первые несколько недель супругам удалось зачать ребенка, после чего их близость оборвалась раз и навсегда — к облегчению обоих.


Наутро после

Некоторое время супруги жили в Карлтон-хаусе, где к услугам принцессы были предоставлены просторная спальня с туалетной комнатой, салон, декорированный зеленой парчой, и гостиная, богато украшенная гобеленами. Однако для фрейлин принцессы во дворце не нашлось места. Принц не спешил расставаться с другими комнатами. Он также не спешил прогонять леди Джерси, и, к досаде принцессы, она часто появлялась в особняке. Разве на такую жизнь Каролина рассчитывала, покидая отчий дом?

Впрочем, принц тоже считал себя жертвой обмана. Фактически, он женился за деньги, с тем расчетом, что после свадьбы его финансовые неурядицы будут улажены. Поток фунтов стерлингов, возможно, омыл бы его душевные раны, но не тут-то было. Парламент сдержал обещание. Содержание принца было повышено до 125 тысяч годовых, и вопрос его долга действительно был решен... но какой ценой! Палата общин распорядилась, чтобы из общего дохода принца ежегодно изымалось 78 тыс. фунтов в счет погашения долга. И так на протяжении 9 лет. Из-за новой меры Георг лишился не только прибавки к содержанию, но и доходов от герцогства Корнуолльского, оставшись с теми же 60 тысячами. Только теперь на них приходилось содержать жену. Нелюбимую жену. Отчаянию принца не было предела.

Родители знали о нарастающем конфликте молодоженов, но не могли ничего изменить. Каролина довольно быстро подружилась со свекром. «Манеры принцессы Уэльской оказались совсем не такими, как мы ожидали. Она приветлива, обходительна и шаловлива, в ней нет суровой сдержанности. Она говорит с естественной и пристойной живостью, и уже так освоилась с Его Величеством, словно родилась и выросла его любимейшим ребенком. Ее веселость радует короля», писали в прессе. В ее ссорах с принцем король неизменно принимал сторону невестки. Зато королева Шарлотта всецело поддерживала сына, который за глаза называл жену не иначе как «беззаконным чудовищем».

Рождение дочери Шарлотты 6 января 1796 года не сплотило родителей. Скорее наоборот, напряжение достигло такого накала, что в феврале того же года Георг составил знаменитое завещание, в котором оставлял Марии Фитцгерберт все нажитое имущество. Каролину он, впрочем, тоже не забыл. Ей принц завещал один шиллинг.

Однако для Каролины с рождением наследницы многое изменилось. Принцесса почувствовала свою силу. Быть может, ее характеру недоставало глубины, или же, напротив, ей с избытком хватило здравого смысла, но она не стала делать из своего положения трагедию. Да, семейного счастья уже не будет. Родных детей, вероятно, тоже. Но в жизни остается еще так много приятного. Вечеринки в темлой компании. Сироты, которых можно вытянуть из нищеты. Наряды такого покроя, который нравится ей, а не свекрови. Вкусная еда. Путешествия.

«После распоряжений принца Уэльского я считаю себя полностью отделенной от него и, следовательно, полагаю, что на меня не распространяются обязательства или правила, в силу которых я должна жертвовать всем ради принца Уэльского», писала Каролина. Во время одной из ссор она выразилась еще жестче: «Заявляю вам, что с этого момента мне нечего больше вам сказать, и что отныне я не подчиняюсь вашим приказам или вашим правилам!»

Оставив мужа с леди Джерси, которую она все же прогнала из фрейлин, Каролина сняла домик за городской чертой, в деревне Шарлтон посреди лугов Блэкхита. Несколько раз в неделю она наведывалась в Карлтон-хаус, где в просторной детской подрастала дочь Шарлотта. Останься она в Лондоне, Каролина, безусловно, видела бы дочь чаще, но не намного. О детях в августейших семьях пеклись старшие гувернантки, непременно из родовитых семей, их помощницы и няньки, родители же проводили с со своими отпрысками мало времени. Каролина читала с дочерью, смеялась с ней, учила ее молитвам, но от нее не требовалось уделять девочке все свободное время.

К чести Георга надо отметить, что он охотно согласился бы на юридически оформленное раздельное проживание, выплачивал бы жене пособие и даже отдал бы ей маленькую Шарлотту. Что угодно, лишь бы разорвать этот союз. Но королю претила мысль, что сын вынесет сор из избы — вернее, из дворца. Кроме того, Георг Третий был уверен, что таким образом он пытается оскорбить свою жену, и встал на ее защиту. И принц с принцессой продолжали тянуть ярмо супружества.

Тем временем Каролина осваивалась в новом доме Монтагью-хаус, на самой окраине любимого ею Блэкхита. Там она вкусила свободу, которую прежде не знала - прогулки по зеленым лугам, визиты к друзьям, приемы и танцы. Не нужно ни перед кем отчитываться, не нужно просить дозволения — это ли не счастье? Среди веселой суеты она не забывала о делах милосердия. Каролина брала под опеку сирот, для которых потом подыскивала приличное место. Но как ни парадоксально, именно благотворительность стала причиной в первого из двух скандалов, от которых содрогнулся ее мир. Ее мир и вся Англия.


Каролина Брауншвейгская, портрет Томаса Лоуренса

Источники

Flora Fraser, The Unruly Queen
Википедия
http://www.loc.gov/index.html
http://www.unofficialroyalty.com
http://www.gardenofpraise.com

Tags: georgian england, regency
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 98 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →