b_a_n_s_h_e_e (b_a_n_s_h_e_e) wrote,
b_a_n_s_h_e_e
b_a_n_s_h_e_e

Стены из Хрусталя

Глава, в которой у наших девочек начинаются злоключения. Основная идея этой главы, конечно, неоригинальна. Полагаю, каждый кто когда-либо получал визу или проходил таможню думал именно в таком ключе. Упыри они и есть упыри :)

Кстати, трансильванские голошеие куры выглядят вот так.


ГЛАВА 2

Лондон, 22 декабря 188* года


Небо медленно выцветало, будто черная ткань, замоченная в щелоке.

- Ну как ты могла перепутать время восхода? - в который раз повторила Берта, хмурясь так, словно пыталась задержать восход силой воли. Вопреки всем ее стараниям, светило как ни в чем не бывало карабкалось на небосклон.

Виконтесса выдержала трагическую паузу, а когда обернулась к подруге, то сияла всей палитрой праведного гнева:

- Ах, я! Ах, значит, я во всем виновата! Как будто бы я знала, какое тут время. Нет уж, это ты не позаботилась сообщить мне, что в Лондоне рассвет на 40 минут раньше. Конечно, проще во всем обвинить бедную Гизелу!

И демонстративно вздернула подбородок. Она начинала злиться, а это обычно ни к чему хорошему не приводило.

Неужели их путешествие никогда не закончится? Обе девушки с ног валились от усталости. Париж они покинула в без пятнадцати восемь прошлым вечером, добрались до Кале, оттуда на пароходе до Довера и курьерским поездом до Лондона. На перрон станции Виктория они ступили только в 6:10 утра и в промозглой мгле искали свой багаж. Одной трети не досчитались, включая и двухместный дорожный гроб. Пока суть да дело, минул еще час. А потом выяснилось, что в Лондоне, оказывается, солнце восходит почти что в 8 утра. Хотя Берта и наказала подруге следить за временем, но впопыхах забыла упомянуть об этом досадном обстоятельстве.

-Между прочим, я паковала чемоданы, - парировала фроляйн Штайнберг.

Хорошо хоть не уточнила, что сбор чемоданов по ее понятиям включал в себя сортировку вещей на “полезные” и “разную дрянь”, причем к последним относилось все от помады до новых шляпок с вуалью. К первым - темные платья и практичное нижнее белье без кружев.

- Ах, чемодааааны! - нежно проворковала Гизела, в голосе которой зарождалось небольшое цунами. - Чемоданы, значит. И что же ты туда положила, позволь спросить? Хотя погоди, не отвечай! Дай угадаю: платья, устаревшие тридцать лет назад? Черные, серые и темно-коричневые, в которых любая женщина похожа на продавщицу в трауре? Или шляпки? Нет, конечно, ты взяла шляпки. Ха! Лучше бы не брала. Никому в голову не придет такое надеть. По крайней мере, добровольно.

-А тебе дай волю, ты б и на саван рюшки пришила, - не выдержала Берта, - и на гроб наш дорожный аппликацию наклеила. Не только снаружи, но и изнутри.

-Это был декупаж.

-Нет, это была профанация. И вообще, не до тряпок сейчас. Как думаешь, успеем все обстряпать до рассвета?

- А как будто у нас есть выбор! - воскликнула Гизела. - Он что, не может быстрее ехать? Эй, вы там! - она так нежно постучала по окошку кучера, что стекла задрожали, - Долго еще?

-Люблю я немецких барышень, - умиротворенно пробасил извозчик, обращаясь скорее к своей лошадке, чем к пассажирке, - так бойко стрекочут, будто карамельки во рту перекатывают. Ничего, м'м, нам только за угол завернуть и почитай что приехали.

Лошадь согласно фыркнула. Болтовня хозяина успокаивала ее нервы, изрядно взбудораженные перспективой везти двух голодных упыриц. Извозчик же ни о чем не догадывался. Мертвенно-бледные лица девушек вкупе с их удушающе-крепкими духами: свежий жасмин в каплях росы у одной, незамысловатая лаванда у другой, – соответствовали образу аристократок, прочно укоренившемуся в его сознании. Сам того не ведая, сегодняшней ночь он, возможно, отправился в свой последний путь.

-Скоро приедем. Вот, слышишь, приедем мы скоро. Интересно, скоро - это когда мы только начнем дымиться или уже превратимся в пепел?..

Берта еще раз посмотрела на белесую полосу горизонта. Они трясутся в кэбе уже более получаса. Даже если им нужно поставить всего-навсего одну печать, или сделать реверанс, или что там от них потребуется – даже так они не успеют вовремя вернуться в Белгравию, под безопасную сень отеля.

Есть, правда, один способ. Даже два, а то и больше. Отсюда до отеля можно, к примеру, долететь. Так всегда быстрее. Не нужно беспокоиться о дорожных пробках, твои единственные конкуренты – лишь очень удивленные вороны. Но для этого потребуется... ее глаза сами собой отыскали возницу и впились – фигурально выражаясь - в полоску кожи между немытым воротничком и неровно обстриженными волосами... Нет, лучше изжариться!

-Скоро значит скоро, - сдержанно проговорила она. - Тем более, что извозчик отвезет нас обратно. Спроси, он ведь нас дождется?

-Давно бы уже английский выучила, - огрызнулась Гизела.

Она вновь наклонилась к переговорному окошку и добросовестно перевела вопрос, как делала это в детстве, на уроках английского. Тогда гувернантка, - такая же немка, как и она сама, потому что на англичанку у фон Лютценземмернов не хватало денег, - заставляла ее переводить скучнейшие тексты с лексикой, которую понимал не всякий историк. Этими упражнениями ее муштровали долго и упорно, так что язык Гизела знала в совершенстве. Другое дело, что он имел мало что общего с тем английским, с которым ей пришлось столкнуться в Лондоне. Но что эти англичане вообще понимают в своем языке?

-Знавал я одну немку, так она отлично пекла штоллен – это рождественский пудинг по-вашенски, - кэбби порадовал Гизелу еще одним антропологическим экскурсом. - А вот дожидаться – уж увольте, м'м. Дурные тут места. Ходят толки, - надвигая цилиндр на глаза, продолжил он, - будто нашего брата здесь частенько находят обескровленным, а лошадь обглоданной. Так-то.

На этих словах кобылка взбрыкнула, намереваясь поскорее вытряхнуть опасных пассажирок, а те довольно переглянулись. Одна радость, что адресом не ошиблись.

Кэб подкатил прямиком к высоким воротам, за которыми виднелся и дом, почти сливавшийся с темным массивом Реджентс Парка. “Дарквуд Холл” гласили готические буквы, выбитые на каменной таблице. От поместья сразу повеяло чем-то родным и близким, как от домашних пирогов, свежевымытого деревянного пола, огня в камине... ну и обескровленных трупов, конечно. Выглядело все так, будто архитектор задался целью проиллюстрировать слово “мрачный” для какого-нибудь словаря с картинками. Вместо традиционных львов, по обе стороны ворот восседали горгульи и плотоядно косились на посетителей. Аллеи были обсажены корявыми деревьями, которые, казалось, двигались за вами вслед, стоило только отвернуться.

-Ужасное место, - подтвердила виконтесса, - просто мурашки по коже. Ну что, мы приехали?

Карета еще только останавливалась, а Гизела уже распахнула дверцу и проворно спрыгнула на дорогу.

-Берта, расплатись, - бросила она между делом, уверенно поправляя перчатки и направляясь вперед.

-Сколько? - осведомилась Берта.

Кучер окинул ее оценивающим взглядом, мимоходом закрывая таблицу с утвержденными тарифами. Если две богатые иностранки прямо с вокзала едут в нехороший район, то собрались они не иначе как в опиумный притон или садический бордель, где их все равно ощипают. Лучше занять очередь первым.

-Семь фунтов, м'м, - на всякий случай он растопырил пальцы.

К его немалому удивлению, угрюмая девица без возражений протянула золотые монеты. Откуда ему знать, что в силу некоторых физиологических особенностей она не связывалась ни с шиллингами, ни с шестипенсовиками – все-таки серебро.

Гизела шествовала вдалеке, и Берта поплелась вслед, пытаясь удержать бесчисленные чемоданы и шляпные коробки. Каждая путешественница рано или поздно начинает завидовать индийское богине Кали. У той, конечно, проблем с багажом не возникало. С шестью-то руками.

-Что ты так долго? Хочешь сгореть прямо под дверью? - недовольно поворчала Гизела, разглядывая щель для писем в виде клыкастого рта. Наверняка, местного почтальона можно опознать по нервному тику. - И все же я категорически не понимаю, зачем нам вообще понадобилось сюда ехать. Остановись мы в отеле “Гросвенор”, как я, между прочим, и предлагала, у нас не было бы никаких проблем! Я давным-давно приняла бы долгожданную ванну и отправилась спать.

Берта крепко зажмурилась и досчитала до десяти, но ярость, тихо кипевшая в груди, словно варенье на медленном огне, вдруг гейзером выплеснулась наружу.

-Потому что для меня нет большей радости, чем запечатлеть на руке здешнего Мастера свой верноподаннический поцелуй, - прошипела она и швырнула чемоданы на крыльцо. - Я ведь так обожаю Мастеров! Просто кровью меня не пои, дай с ними полюбезничать! Особенно с тем, в чьей стране такие дурацкие, - на этих словах с крыши посыпались сосульки, - законы о браконьерстве! Но если люди недавно приняли смягченный вариант, то у вампиров правила не менялись аж с 12го века. За охоту без лицензии нас просто убьют. Ну или ослепят, если будут в добром расположении духа.

Гизела сделала шаг назад и спокойно, даже несколько удивленно, произнесла:

-Хорошо-хорошо, только не волнуйся так! Мы ведь не охотимся - между прочим, по твоим убеждениям, которые я, конечно, разделяю, но все же... В общем, не охотимся мы. Так зачем нам туда идти?

-Потому что они об этом не знают. Мы обязаны известить Мастера о своем прибытии. Наверное, нам выдадут сертификат или что-то в этом роде.

-Тогда пусть уж скорее выдают! - и Гизела несколько раз ударила дверным молотом.

Подруги ожидали, что англичане заставят их потоптаться на пороге еще минут десять, но дверь распахнулась почти мгновенно, и перед ними предстал невысокий юноша в синем сюртуке с длинными фалдами. Белокурые волосы были всклокочены. Если бы незнакомец мог дышать, он показался бы запыхавшимся. На его лице мелькнуло недоумение, которое тут же вытеснила любезная улыбка.

По пальцам, перепачканным в чернилах, девушки опознали в нем клерка.

-И что же угодно милым дамам? - нараспев проговорил он.

-Нам угодно в отель, - ответила Гизела, - но сначала мы должны пройти ряд бессмысленных процедур под названием регистрация. На это у нас есть примерно... - она поглядела на небо, - двадцать минут. Так что начинайте.

Но секретарь покачал головой.

-Двадцать минут? За это время вы даже анкеты заполнить не успеете, не говоря уже о таможенных декларациях и досмотре багажа. Кроме того, потребуется подпись Его Сиятельства, а он уже почивает. Приемные часы завтра, с полуночи до двух.

Вампирши облегченно вздохнули.

-Стало быть, мы завтра придем? - на всякий случай уточнила Берта. - А пока можем оставаться в отеле?

-Нет, конечно, - юнец улыбался все так же сладко. - Вы не имеете права находиться в стране без позволения Его Сиятельства. Вам предписывается незамедлительно покинуть территорию Англии, а вернуться уже завтра. Между полуночью и двумя. Пожалуйста, не опаздывайте.

Гизела удивленно посмотрела на клерка. Потом на Берту. Снова на клерка. В ее картине мира что-то не сходилось, как бы долго она ни обдумывала это предложение.

Посему она решила сменить образ серьезной эмансипированной леди (точнее, злой на весь мир и смертельно усталой вампирши, но это почти одно и то же) и улыбнулась молодому человеку, поглядывая на него из-под пушистых ресниц:

- Но... но как же! Вы не можете так с нами поступить! - ее голос дрогнул, а на глаза угрожающе накатила слезинка.

Она ткнула Берту в бок и скомандовала телепатически: "Не стой столбом, скажи что-нибудь!"

-Какое свинство, - сказала Берта, а Гизела закатила глаза – лучше не стало.

-Прошу прощения за ее английский! Моя спутница имела в ввиду, что это слишком жестоко, так обходиться с бедными девушками, - быстренько влезла Гизела.

Наглый мальчишка продолжал таращиться на них, как будто что-то высчитывая в уме. Честный ответ Берты его не задел, наверное, на службе и не такого наслушаешься.

Внезапно перед девушками распахнулась дверь.

-А впрочем, проходите, - промурлыкал секретарь, пропуская их вперед и даже – экая дерзость! - подмигивая Гизеле. - Посмотрим, чем я смогу помочь столь очаровательным барышням.

Торжествующе взглянув на подругу, Гизела прошествовала в прихожую, а Берта лишь вздохнула: чемоданы так и остались в полном ее распоряжении.

Юноша повел их по самой длинной и крутой лестнице, так что фроляйн Штайнберг пару раз чуть не уронила поклажу. Наконец, они оказались в конторе со стенами, сплошь уставленными стеллажами, на которых высились горы пыльных бумаг. Иные документы, похоже, лежали тут столетиями. Поройся – и найдешь оригинал “Великой Хартии Вольностей.” Доминирующая цветовая гамма была желтовато-серой. Если есть ад, подумалось вампиршам, он выглядит именно так. Все же котлы со смолой вносят хоть какое-то разнообразие, зато от созерцания папки со скоросшивателем действительно зубами заскрежещешь.

-У вас виза есть? - осведомился клерк, вытаскивая из бюро папку за папкой и складывая их на пыльной конторке. Он явно наслаждался происходящим.

-Простите? - переспросила Гизела, продолжая все также ослепительно улыбаться. Правда, ее улыбка понемногу поворачивалась в обратную сторону, но это мелочи. - Что?

-Ви-за, - отчетливо проговорил их мучитель. - Сиречь, разрешение на въезд. Это мы с Его Сиятельством придумали, - добавил он с тихой гордостью, - но не сомневаюсь, что в будущем и смертные переймут нашу систему. Юридическое либо физическое лицо должно оформить для вас визовое приглашение в страну. Хоть приглашение-то у вас найдется?

- Да! - Гизела протянула ему листочек, исписанный не очень уверенным почерком Эвике - с кучей помарок и рисунком в конце. - Все, мы свободны?

-Не торопитесь, - секретарь внимательно и очень, очень неторопливо прочел предъявленное письмо. - Без печати управления по делам иностранных вампиров в Англии, - то есть, моей печати - этот документ недействителен. Кроме того, написан он женщиной, а женщина, как известно, юридическим лицом не является. Да и физическим, небось, тоже. Ну, что вы на меня так смотрите? Переоформляйте визу. Для этого вам понадобится пакет следующих документов: подтверждение цели пребывания, доказательства финансового достатка на срок пребывания в стране получения визы, подтверждение брони отеля, обратные билеты, - говорил он размеренно, никуда не торопясь. Где-то на середине Гизела потеряла нить разговора и только хлопала ресницами в такт его словам, а Берта изучала трещину на паркете, - ...а также подтверждение отсутствия эмиграционных намерений и... Кстати, - монотонная речь прервалась, и девушки вздрогнули, - вы совершеннолетние?

-Конечно, - уверенно ответила Берта за них обоих.

-Иными словами, вам уже исполнилось 180?

Вампирши разом потупились, как десятилетние девочки, которые прошмыгнули на взрослый бал, нацепив материнские платья.

- Почти... скоро будет, - проговорила Гизела смущенно, - а что, это так важно?

- Пункт 5, Раздел 16, - ответил клерк так невозмутимо, словно этот пункт вместе с разделом девушки должны были впитать еще с молоком матери. - Для нахождения несовершеннолетних вампиров на территории Британской империи требуется нотариально заверенное разрешение обоих родителей или творца...

Гизела горько вздохнула. Бедный граф фон Лютценземмерн, только таких хлопот ему не хватало! Разве что связаться с Изабель? Но она чересчур застенчивая. Начнет мямлить, вместо того, чтобы идти напролом. А герр Штайнберг вместе с Лючией Граццини сейчас кутят где-то в Италии, до них не достучишься.

-Возможно, - проворковала она, - мы решим этот вопрос каким-нибудь другим способом? По упрощенной, так сказать, процедуре, - и с треском хлопнула ресницами.

Берта подскочила и во все глаза уставилась на подругу, не в силах совладать с речью.

-Я весь внимание, мисс, - клерк тоже посмотрел на Гизелу, но, конечно же, с иным выражением лица.

“Берта! Хватит прыгать, - мысленно одернула ее Гизела, - лучше достань кошелек.”

- Мы могли бы упростить получение визы, не правда ли? - она пододвинулась к юноше поближе, практически перевесившись через конторку. - Мне есть, что вам предложить... Мы все уладим, я в этом уверена, - вдохновенно чирикала девушка, - и безо всяких ненужных процедур.

Догадавшись, Берта выхватила кошелек и по-феодальному швырнула его секретарю. Поскольку она до последнего не могла решить, бросить ли его прямо в лицо мальчишке или под ноги, кошелек шлепнулся на стол. Присвистнув, нахал открыл его и склонил голову набок:

-О, таможенные сборы! Как мило с вашей стороны о них напомнить! Сколько у вас тут? - он ловко, со знание дела, пересчитал соверены. - Еще пять фунтов нужно доплатить. А вот остальные деньги, ввозимые в страну, придется задекларировать.

И выложил перед ними по стопке анкет.

В свое время Берта насмотрелась на подобных личностей. В психиатрической клинике, где она проработала несколько месяцев, были медсестры, которые не выдали бы пациентке бумагу и карандаш, даже если той требовалось написать письмо умирающему отцу. Не положено и все тут. Не по инструкции. Такие люди обожают бюрократические заморочки - можно с чистой совестью сделать кому-то гадость, раз идея исходит не от тебя самого.

Повстречайся они на улице, Берта надрала бы мальчишке уши, смакуя каждую секунду этого времяпровождения. Но здесь, в конторе, в официальной обстановке, это просто немыслимо. Сама система выстроена так, чтобы как следует унизить просителя. Предпочтительно, на глазах у его близких. Чтобы все как следует усвоили урок. Единственное, что можно сделать – поскорее получить свою порцию унижений и отправиться на выход. Закусив губу, вампирша уселась на шаткий стул – похоже, у него специально подпилили ножку – и начала лихорадочно строчить “Берта Штайнберг, из мещан”.

“Гизела фон Лютценземмерн, виконтесса”, - аккуратно вывела Гизела в своей анкете.

-У вас красивый почерк, мисс, - вдруг проговорил юноша, бесцеремонно заглядывая ей через плечо.

Гизела проигнорировала его замечание, поставила размашистую подпись и сунула ему листок.

-Довольны? - процедила она. - Дальше что?

-А теперь, - клерк задумчиво уставился в потолок и принялся накручивать прядь волос на палец, черпая вдохновение, - теперь мне нужно осмотреть ваш багаж на предмет неаборигенных видов растений и животных. Так, поглядим...

-Нет там ничего! - Гизела бросилась на защиту вещей. - Никаких особенных венгерских трав, растений, цветов и... даже моли нет. Мы из Трансильвании – что нам экспортировать? Чеснок?.. Оставьте немедленно! - взвизгнула она, когда клерк с все тем же скучающим выражением лица открыл первый из чемоданов.

-Как насчет трансильванских голошеих кур?

Перед Гизелой появилась литография с тощей курицей, чью шею, казалось, специально ощипали, чтобы легче было свернуть. Догадываясь о своей участи, курица смотрела на Гизелу со вселенской печалью. Между тем, клерк методично открывал шляпные коробки, словно рассчитывая обнаружить парочку нелегальных эмигрантов, которые все это время просидели там, затаив дыхание. Негодуя, Гизела обернулась к подруге, но та покачивалась на стуле и пыталась убедить себя, что все происходящее ей снится.

-Я еще должен зачитать вам правила об охоте, - завел речь секретарь.

Это замечание вывело Берту из ступора.

-Не трудитесь, - бросила она, - мы не охотимся на людей. Совсем. Ни при каких обстоятельствах.

В глазах белокурого мальчишки засквозила насмешка напополам с неприязнью, словно у мясника, которого попросили взвесить полфунта моркови вместо отбивных.

-Так ведь, Гизела?

-Не охотимся, - покладисто подтвердила та, вырывая саквояж из рук клерка. - Ну все, давайте вашу бумажку, и мы пойдем... Ой, а куда мы пойдем? Берта, уже рассвет, - прошептала виконтесса, пятясь от окна.

Вдоволь натешившись их паникой, клерк смягчился:

-Полагаю, Его Сиятельство будет не против, если вы проведете день в поместье. У нас как раз пустуют две смежные спальни. Правда, ванную вам придется разделить. А завтра я выхлопочу для вас аудиенцию. Ну что, согласны?

Девушки одновременно произнесли:

-Вечером мы съезжаем, - сказала Берта.

-А ванна большая? - поинтересовалась Гизела.

-Средних размеров, - усмехнулся юноша,- но какая разница, вы ведь будете ее по очереди принимать.

Хотя вампирши довольно долго не питались, покраснеть им все же удалось.
Tags: crystal_walls
Subscribe

  • Лев и ягненок

    Когда-то я писала про викторианскую развлекуху со зверюшками "счастливое семейство", а вот еще одна своеобразная забава, которую…

  • Виктория и дети

    Как не удивительно, чадолюбие королевы Виктории вызывало смешанную реакцию в обществе. С одной стороны, подданные королевы и сами могли похвастаться…

  • (no subject)

    Принц Берти, старший сын Виктории и Альберта, брал уроки рисования у художника Эдуарда Корболда. Оставив позади ненавистную школьную комнату, принц…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 43 comments

  • Лев и ягненок

    Когда-то я писала про викторианскую развлекуху со зверюшками "счастливое семейство", а вот еще одна своеобразная забава, которую…

  • Виктория и дети

    Как не удивительно, чадолюбие королевы Виктории вызывало смешанную реакцию в обществе. С одной стороны, подданные королевы и сами могли похвастаться…

  • (no subject)

    Принц Берти, старший сын Виктории и Альберта, брал уроки рисования у художника Эдуарда Корболда. Оставив позади ненавистную школьную комнату, принц…