b_a_n_s_h_e_e (b_a_n_s_h_e_e) wrote,
b_a_n_s_h_e_e
b_a_n_s_h_e_e

Categories:

Стены из Хрусталя

Брррр, эту главу я в муках рожала две недели, что для меня рекордный срок. Кэрри, если б не ты, точно б не справилась. Получилось все очень и очень грустно. Прям сразу бы злодея убила, пусть бы он тем гусем подавился, а нельзя, иначе какой же сюжет? Зато если вы продеретесь через эту главу, в следующей будет кроссовер с "Мишкиной Кашей" Носова :)


ГЛАВА 9

Сочельник, 188* год

Оно приближалось стремительно, их первое Рождество вместе. Еще с утра Эвике отправила графу поздравительную телеграмму, на всякий случай дописав после “Искренне Ваши” имена обоих вампирш. Все равно в сочельник конторы закроются. Да и вряд ли Гизела вспомнит про праздник, который уже не имеет к ней никакого отношения. После пробежалась по магазинам и купила Уолтеру книгу под заманчивым названием “Нечисть Народов Мира.” Увесистый фолиант был переплетен в багряную кожу и роскошно проиллюстрирован. Открыв его наугад, Эвике затаила дыхание. На картинке парила оторванная голова со змееобразными внутренностями, свисавшими прямо с шеи. Под ними чинно восседало одетое в кимоно тело. “Ишь ты, а японцам еще хуже приходится, вон какая у них нежить гадкая,” подумала довольная Эвике, захлопывая книгу. С этим расчетом она и выбирала подарок. Пусть Уолтер ужаснется на чужеземных вампиров, авось европейские покажутся ему роднее. И тогда он не станет на них охотиться. Хотя бы на Гизелу.

А чего, скажите на милость, от него ожидать, если он вступил в клуб Охотников на Вампиров?

По простоте своей, Эвике, конечно, ошибалась. В уставе клуба ничего не было сказано про охоту. Скорее уж про милые розыгрыши. Ну там намалевать дегтем кресты на заборе Дарквуд Холла, послать Верховному Вампиру пудинг, начиненный чесноком... Так, по мелочам. Причем в свободное от научных занятий время. Ведь был это даже не клуб, а Британская Ламиеологическая Ассоциация – общество, посвященное изучению нечисти. Теоретическому, по большей части. Возглавлял его доктор Элдритч, профессор лингвистки, в свое время защитивший диссертацию по этимологии слова “вурдалак.” Да и остальные члены общества были под стать. Вместе они строчили статьи, первые строки которых могли заменить колыбельную самому резвому ребенку. Мухи, залетавшие в окно во время заседаний, падали замертво уже в середине зала.

Но нельзя сказать, что от БЛА не было совсем уж никакой пользы. Лет тридцать назад доктор Элдритч заключил с Мастером Лондона один немаловажный договор. Той ночью Марсден расхаживал по кабинету, диктую доктору письмо, которое он сходу переводил на венгерский. Послание предназначалось графине Эржбете. На прошедшем балу она прошла мимо Марсдена, не поздоровавшись, и теперь разобиженный вампир хотел “уесть эту бабу.” Воспользовавшись зависимым положением Мастера, доктор Элдритч подсунул ему договор. Условия были трудновыполнимыми, зато текст так и пестрел выражениями вроде “честь,” “долг,” “благородство.” Мастер не мог устоять и дал свое слово. Точнее, Свое Слово...

По возвращении в Англию, Уолтер начал искать единомышленников, а ламиеологи казались идеальными конфидентами. Уж они-то не уволокут его в смирительный дом, когда речь зайдет о вампирах. Он даже прочел ежегодник БЛА, правда, запивая каждый абзац чашкой крепкого кофе. Как и следовало ожидать, на первом же заседании он едва не сполз под стол, но вовремя проснулся. Так скучно было, что бедный мистер Стивенс решил навсегда завязать с ламиеологией. Но будучи человеком справедливым, дал науке еще один шанс. И не зря. Уже на следующем заседании его ожидал сюрприз.

Уолтер сразу же заметил новичка. Тому едва перевалило за тридцать, так что не разглядеть его в седовласой толпе ученых было попросту невозможно. Генри Томпсон, как его отрекомендовал председатель, был одет в серый, слегка помятый костюм, а его галстук был повязан с какой-то нарочитой небрежностью. Светлые волосы топорщились по сторонам, словно он расчесывался пятерней. Зато округлое лицо Генри было гладко выбрито и лоснилось от благодушия.

Первый же доклад, в котором обсуждались семантические нюансы слова “стригой” в румынском языке, вогнал мистера Томпсона в уныние. Впрочем, зевоту он маскировал широкой улыбкой. А во время перерыва подошел к Уолтеру и, подмигнув заговорщически, предложил выйти покурить. Вырвавшись из когтей науки, они направились в Сент-Джеймс Парк и остановились у пруда. Утки скользили по воде, однако подплывать к мужчинам не спешили. Мистер Томпсон производил впечатление человека, который скорее стряхнет пепел на чересчур нахальную птицу чем кинет ей хлебных крошек.

-Как вам доклад? - невпопад спросил Уолтер, просто чтобы прервать молчание.

-Ну и заумь! Развели скучищу, - и Томпсон выдохнул облачко дыма. Курил он старомодную глиняную трубку с длинным чубуком.

-Да, и правда как-то все затянуто, - согласился Уолтер. Он и сам хотел выразиться так же емко, но постеснялся.

-И не говорите! Их послушать, так вампиры это метафора вприкуску с синекдохой! Тьфу! Как будто вампиров и вовсе не существует!

-Но они существуют.

Внезапно он обернулся к Уолтеру. Что за черт! В полутемном зале его глаза казались карими, теперь же, когда мужчины вышли в парк, в глазах мистера Томпсона расцвела зелень. Казалось, они впитывают все краски из окружающей среды.

-Существуют? - Генри недоверчиво приподнял бровь. - А расскажите-ка мне про них.

С тех пор в лице мистера Томпсона Уолтер обрел самого терпеливого слушателя. Хотя новый друг утверждал, что ничего не знает о вампирах, вопросы задавал толковые. В основном его интересовало общественное устройство вампиров, хотя способы их истребления он тоже не оставлял без внимания. Уолтеру же просто нравилось, что наконец-то есть с кем поговорить. Что собеседник не ухмыляется скептически и не перебивает, а слушает его в сосредоточенном молчании. Молчание Томпсона было как вакуум, который высасывал из Уолтера новые и новые слова.

О себе Генри рассказывал мало. Родился он в Англии, но исколесил всю Европу, побывал и в Африке, и на Востоке. Попробовал всего понемногу. Теперь вернулся домой, чтобы наконец выбрать занятие на остаток жизни. Поскольку Уолтер сам до сих пор не определился с профессией, то рад был встретить еще кого-то в таком же положении.

И друзья стали неразлучны. “Как бес веревочкой связал,” возмущалась Эвике, которой новый приятель Уолтера сразу же не понравился. Было в нем что-то скользкое. Такой без мыла в душу влезет. Настораживало и то, что с недавнего времени Томпсон зачастил к ним в дом. Даже ночевать оставался. Но все лучше, чем если бы Уолтер продолжал навещать его в Уайтчапелле. Именно там он снимал квартиру, а район, как вы сами знаете, прескверный. Какой женщине охота, чтобы ее муж каждую неделю таскался туда? Кроме того, у мистера Томпсона частенько собирались друзья из Парижа, Женевы, Москвы. Понемногу Эвике начала опасаться, как бы ее супруга-недотепу не втянули в какой-нибудь антиправительственный заговор.

С такими мыслями она и вернулась домой, но уже перешагнув за порог повеселела и побежала к елке, которую они поставили в гостиной. Елка напоминала куцый прямоугольник, потому что Уолтер не рассчитал с высотой и пришлось обрубить верхушку. Спрятав под елку упакованный подарок, миссис Стивенс подняла большую коробку с красным бантом. Долго трясла ее, пытаясь определить на слух, что там лежит. Судя по треньканью, формочки для масла в виде пауков. Не иначе как на заказ делали. Как-то раз она намекнула Уолтеру, что хочет именно такие, а в магазинах продаются только в форме ягнят. Не забыл, оказывается! Эх, и как дождаться завтрашнего утра?

За окном пошел снег. Сначала он был незаметен на фоне серого неба, но по мере такого, как оно темнело, снежинки становились все белее, все праздничнее. А потом вернулся Уолтер, нагруженный свертками, и настало время ехать на торжественный обед, который давали доктор и миссис Элдритч. Свою двуколку супруги оставили дома, наняв по такому торжественному случаю карету поэлегантнее.

-А если я им не понравлюсь? – уже на пороге профессорского дома спросила Эвике.

-Конечно, понравишься, - успокоил ее Уолтер.

-А вот если нет? - она оглянулась на карету. – Ой, вязание дома забыла! Давай за ним вернемся.

-Эвике!

-Ну ладно, ладно.

-Послушай, - муж взял ее за руку, - ни о чем не волнуйся и веди себя как обычно. Ты покоришь всех своей естественностью.

И нежно поцеловал ее, а Эвике обняла его за плечи и долго от себя не отпускала. Собственно, так они и стояли, попирая мораль, когда горничная внезапно распахнула дверь и пригласила их войти. Судя по ее поджатым губам, она не считала естественность добродетелью.

Дамы и господа уже собрались в зале. Эвике вспыхнула, увидев среди гостей Томпсона, но ее тут же отвлекла миссис Элдритч, которая подошла поприветствовать молодую пару. Присоединился к ней и профессор, низенький старичок с такими длинными бакенбардами, что они щекотали ему плечи. Супруги тут же растащили Уолтера и Эвике в разные стороны.

Сажать мужа и жену рядышком – дурной тон. Чего доброго, начнут планировать семейный бюджет или обсуждать старые дрязги. Тогда все застолье насмарку. Поэтому Уолтера подвели к миссис Фейсфулл, коренастой и очень решительной особе средних лет, а Эвике с упавшим сердцем увидела, что доктор Элдритч выбрал ей в партнеры самого худшего кандидата. Разобравшись, кто с кем сядет, гости переместились в столовую.

Сняв перчатки, Эвике сунула их в карман и посмотрела на Уолтера, которого посадили совсем далеко от нее, за другим концом стола. Муж ободряюще улыбнулся, мол, все идет по плану. Ах, если бы!

Тем временем хозяева начали резать рыбу и разливать суп по тарелкам, которые гостям передавал нанятый лакей. Эвике завороженно следила за его ловкими движениями.

-Что, так и будем молчать, миссис Стивенс? – проговорил Генри, с котором она до сих пор не перебросилась и парой словечек.

-Я лучше с ним поговорю, -фыркнула Эвике и обратилась к лакею с вопросом “Что сегодня вкуснее, суп или рыба? Что брать?” Но лакей ответил “Не могу знать” и ретировался в другой конец комнаты.

-Вы удивительная женщина, миссис Стивенс! - хохотнул Томпсон. - В том смысле, что удивительно, как вас вообще в общество пустили.

Вспыхнув, Эвике огляделась, но гости были слишком поглощены беседой, чтобы услышать их перебранку.

-Да как вы смеете так со мной разговаривать! Я дама! Ведь это неприлично.

-Приличия – это фетиш, - женщина часто заморгала, а мистер Томпсон продолжал. - Приличия, манеры, честь, великодушие, любовь – все это лишь конструкции. Люди придумали их, чтобы проще было общаться. Чтобы не перегрызть друг другу глотки. Или перегрызть, но более цивилизованно. С самого детства нам внушают, что иллюзии и есть реальность. Верно, и вам втолковывали в приюте, что нужно приседать перед теми, кому повезло родиться прежде вас, даже если у них мозгов с наперсток. Это конструкция под названием “уважение к старшим.”

-Откуда вы знаете, что я росла в приюте? - спросила Эвике, посылая мужу уничижительный взгляд. Уолтер недоуменно на нее вытаращился.

-Я внимательный слушатель.

-Ах, вот как? Был тут один вампир, тоже очень любознательный. Только вот наша Берта быстро ему нос укоротила. Но у него хоть принципы были, а у вас...

-Но раз вы говорите о нем в прошедшем времени, он уже покинул наш мир? - улыбнулся Генри. - Ну и куда его завели принципы? Хотя вы правы, у меня с вампирами много общего. Я тоже охочусь на окраинах и таскаю овец, отбившихся от стада.

-И пожираете.

-И превращаю в других волков. Удивительно, на что способна овца, доведенная до отчаяния.

Эвике наклонилась к нему поближе.

-А если я вот прямо сейчас встану и расскажу, что вы мне тут плетете? Пусть все узнают.

-Ну, расскажите, если очень хочется, - но женщина не сдвинулась с места. - Вот видите, вы боитесь нарушить приличия. Но даже если объявите во всеуслышание, какой я негодяй, вам все равно не поверят. Потому что у присутствующих тоже есть свои предрассудки. В частности, предубеждение против рыжих иностранок непонятного роду-племени. И сами оскандалитесь, и мужа во все это втяните. Ну зачем портить праздник?

Теперь и Эвике улыбалась, но в ее улыбке не было ни капли веселья. Зато в таком положении губы не дрожат.

-Уолтера я вам не отдам, - прошипела она. - Никогда. Его вы у меня не отнимете.

Напиваться в одиночку неприлично, поэтому Томпсон поднял свой бокал и посмотрел на Уолтера. Тот повторил его движение, и мужчины выпили.

-Уже отнял, миссис Стивенс, - шепнул Генри, опуская бокал.

Еда вдруг утратила вкус. С таким же успехом лакей мог совать ей тарелки с мокрыми отрубями. Опустив голову, Эвике механически жевала, лишь бы не разговаривать с мерзавцем. На мужа тоже не смотрела.

После десерта дамы, как водится, отправились в гостиную, мужчины же остались в столовой, пить портвейн и беседовать о том, о чем при женщинах не поговоришь. Правда, самой рискованной темой, которую затрагивали гости доктора Элдритча, было высшее образование. Разговор и правда не для дамских ушек, ведь слабому полу в университетах не место.

Как только гости стали из-за стола, обеспокоенный Уолтер подбежал к жене.

-Эвике? На тебе лица нет! Устала? Что-то болит? Поехали домой!

-Все отлично, - проскрежетала она.

Бежать с поля боя ей не хотелось. Вскоре все снова соберутся в столовой, чтобы закончить вечер кофе и бутербродами. Только полчаса продержаться! И она последовала за хозяйкой. Хотя в незнакомой компании ей было неуютно, по крайней мере одета она не хуже остальных. Платье Эвике выбрала из темно-синего бархата, в надежде что ее округлившийся живот будет не так заметен. А то еще сглазят, чего доброго. Беременные модницы могли и в корсет затянуться, но подобная глупость никогда бы не пришла ей в голову.

Эвике усадили на диване, между самой хозяйкой и миссис Лозендж, худосочной дамой с целым выводком дочерей. Сначала гостьи искоса посматривали на иностранку, затем раздался шепоток.

-Она правда из Трансильвании?

-Незаконная... то-есть, натуральная дочь какого-то графа.

-А по-английски понимает?

-Да!- чуть громче, чем требовалось, ответила Эвике. – С английским у меня все в порядке.

Прежде чем покинуть замок, она подкараулила Изабель и в качестве компенсации за моральный ущерб потребовала от нее услугу. Спорить с Эвике – даром время терять, так что вампирша лишь рукой махнула. Они отправились в библиотеку, где Изабель снова загипнотизировала девушку и загрузила ей в память шеститомный словарь. С тех пор на английском языке Эвике изъяснялась даже грамотнее, чем на родном.

Дамы смерили Эвике взглядами, способными заморозить лаву в жерле вулкана, и та смущенно потупилась.

-Ну и как тут у вас... с вампирами? - спросила она. Ну не о масле же с ними говорить, в конце концов!

-Вамп... - брезгливо проговорила миссис Лозендж. - Милая, запомните: о таком в приличном обществе не беседуют! Не знаю, что принято в Трансильвании, но здесь порядочные дамы таких слов не произносят!

-Но ведь ваши мужья их изучают?

-Разумеется, - миссис Элдритч поспешила загладить недоразумение, - они изучают неодушевленных существ, но ведь это не дает нам, женщинам, права затрагивать такие вопросы. Вот, к примеру, супруг миссис Фейсфулл по профессии хирург, но ведь не будет же она обсуждать...мнээ...

-Кишки! – догадалась Эвике.

-Внутренности, - мягко поправила ее миссис Элдритч.

-Да и вам стоит подумать, на какие темы говорить, в вашем-то положении, - заметила миссис Лозендж, обмахиваясь веером и пристально глядя на Эвике. Точнее - на живот Эвике. - Зачем вам лишний раз волноваться? Знаете же, какие могут быть последствия чрезмерных нервов. Моя кузина, например, будучи в вашем положении увидела паука, - многозначительно произнесла она.

-И что? - не поняла Эвике, питавшая особую приязнь к этим очаровательным созданиям.

-Мертворожденный ребенок! - изрекла она торжественно.

-Ах, страсти-то какие! – покачала головой чувствительная миссис Элдритч. Сама она, конечно, подобрала бы какой-нибудь эвфемизм. Например, «не слишком живой.»

-Ужасно, бедняжка так страдала, - покачала головой миссис Лозендж. Она замолчала, чтобы взять чашку с чаем и с удовольствием сделать пару глотков. - Так что слушайте меня, моя дорогая, и забудьте о вампирах!

-Вот именно, - подхватила миссис Фейсфулл, - вам, голубушка, нужно не такой ерундой голову забивать, а думать о будущем. Пора и няню подыскивать. Вы уже обращались в агентство по найму?

-Нет. Я и сама могу позаботиться...

-Глупости! Обязательно наймите помощницу, трезвого образа жизни и с хорошими рекомендациями. Ведь именно она будет присматривать за вашим ребенком, если...

-... роды завершатся неудачно, - договорила за нее хозяйка. – И хватит вам пугать миссис Стивенс. Вполне возможно, что все пройдет благополучно.

-Да, такой вариант тоже нельзя исключать, - смилостивилась миссис Лозендж, а миссис Фейсфулл посмотрела на будущую мать сочувственно, как будто уже читала ее некролог.

Эвике вскочила. Лицо ее пылало так, что даже платье приобрело фиолетовый оттенок.

-Мне нужно выйти, чтобы... чтобы...

-Выпить воды, - подсобила миссис Элдритч. – Ванная на первом этаже.

Оказавшись там, Эвике поразмыслила и решила спуститься еще ниже. В кухню. Все же Рождество лучше встречать со своими, а за «своих» она по-прежнему считала обитательниц подвала. Из кухни доносился гомон голосов.

-...просто подними и положи обратно на блюдо! Все равно никто не заметит.

Эвике распахнула дверь пошире и увидела трех женщин в чепцах и фартуках: дородную кухарку и двух горничных помоложе. Сначала они как по команде раскрыли рты, но, опомнившись, неуверенно ей поклонились.

-С Рождеством! - просияла миссис Стивенс, подходя поближе.

-И вас, мэм, - осторожно проговорила кухарка.

-Что-то было не так? - раскололась одна из горничных, самая слабохарактерная. - С гусем?

Эвике уцепилась за эту идею.

-По правде сказать, он был чуточку жестковат. Ну еще бы, такая орава гостей, как за всем уследишь? Вот я и подумала, может, вам рук не хватает? Так я бы помогла.

Служанки уставились на нее, как рабочие на агента-провокатора, который в будние дни раздает листовки, а по выходным напивается с управляющим завода.

-Спасибо, мэм, у нас все отлично.

-А бутерброды? - Эвике кивнула на гору бутербродов, по крайней мере один их которых уже побывал на полу.

-Сами доделаем.

-Могу посуду помыть.

-И с ней справимся.

Разраставшееся молчание вытесняло Эвике из кухни, и лишь когда за ней захлопнулась дверь, кухарка медленно покачала головой.

-Ну, девушки, скажу я вам... Вот ведь какая, а... - многоточия огненными шарами взрывались в воздухе. - Не могла через лакея передать, что ей наш гусь поперек горла... Нет же, самолично пришла мне высказать...

-В каждую бочку затычка, - поддакнули горничные. Сошествие гостьи в кухню обеспечило их темами для разговоров на полгода вперед.

Миссис Стивенс вздохнула. Теперь она чувствовала себе тем самым грешником, которого отвергли в раю, но и в аду не приняли, вследствие чего он превратился в болотный огонек. Но лучше бесцельно бродить по дому, чем сидеть в компании тех клуш. Эвике мстительно подумала, что если сложить воедино их возраст, они окажутся старше Эржбеты. Ну почему общаться с вампирами иногда проще, чем с людьми?

Положенные полчаса еще не миновали, но миссис Стивенс решила вернуться к мужчинам. Если их разговоры совсем уж непристойные, она пообещает заткнуть уши. На цыпочках подобралась к столовой, но когда до нее донесся голос мистера Томпсона, ее туфельки так и примерзли к ковру.

-Эти меры необходимы, - говорил он тоном усталого родителя, который прочел своему чаду лекцию о гигиене, а потом застал оное чадо за обсасыванием лягушки.

-Но мистер Томпсон, вампиры никогда не нарушат наш Договор! – воскликнул доктор Элдритч. – Они милые, безыскусные создания, а превыше всего честные.

-Быть может, английские вампиры и правда таковы, - допустил его оппонент, - но мне доподлинно известно, что на днях в Лондон прибыли две вампирши из Трансильвании. Они..? - он вопросительно посмотрел на сидевшего рядом Уолтера, который покраснел до корней волос.

-Они вместе, - выдавил он.

-Сожительницы, иными словами, - Генри казался очень довольным. - А раз они уже переступили через мораль, следует задуматься, через что они переступят в следующую очередь. Нужно быть настороже. Помяните мое слово, скоро мы услышим о... неприятных происшествиях.

И тогда Эвике поняла, что ее рождественские каникулы испорчены безнадежно.
Tags: crystal_walls
Subscribe

  • Лев и ягненок

    Когда-то я писала про викторианскую развлекуху со зверюшками "счастливое семейство", а вот еще одна своеобразная забава, которую…

  • Виктория и дети

    Как не удивительно, чадолюбие королевы Виктории вызывало смешанную реакцию в обществе. С одной стороны, подданные королевы и сами могли похвастаться…

  • (no subject)

    Ответ на загадку из предыдущего поста - почти все выбрали чугун или алюминий, что вполне объяснимо, учитывая любовь Альберта к тогдашнему хайтеку. Но…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 44 comments

  • Лев и ягненок

    Когда-то я писала про викторианскую развлекуху со зверюшками "счастливое семейство", а вот еще одна своеобразная забава, которую…

  • Виктория и дети

    Как не удивительно, чадолюбие королевы Виктории вызывало смешанную реакцию в обществе. С одной стороны, подданные королевы и сами могли похвастаться…

  • (no subject)

    Ответ на загадку из предыдущего поста - почти все выбрали чугун или алюминий, что вполне объяснимо, учитывая любовь Альберта к тогдашнему хайтеку. Но…