b_a_n_s_h_e_e (b_a_n_s_h_e_e) wrote,
b_a_n_s_h_e_e
b_a_n_s_h_e_e

Categories:
Наконец-то я родила продолжение.

В учительской мягко мерцала лампа под абажуром, заливая комнату теплым и густым – словно абрикосовое варенье – светом. Коллектив накрывал на стол, терпеливо дожидаясь пока Карлыгаш Гуидичелевна дорисует свой тост. Голос к ней еще не вернулся, зато у завуча открылся почти равноценный дар к рисованию, так что теперь она изъяснялась преимущественно ребусами и пиктограммами, не доверя словам передать все оттенки чувства. Или же приличные слова, которые можно было написать на бумаге не скопроментировав себя, просто не шли ей на ум.

Антонина Васильевна Жири, в черном бархатном платье, делавшим ее неуловимо похожей на викторианскую гувернантку, поставила на стол банку с огурчиками собственного соления, вызвав у присутствующих всплеск вялого ликованья. Судя по запаху, исходившему от закуски, Жири считала слова “рассол” и “солярка” однокоренными. Преподавательница балета свято блюла принципы многоцелевой кулинарии, гласившие что по-настоящему хорошее блюдо можно не просто употребить в пищу – каждая заурядность приготовит такое! - но применить на благо человечества каким-либо иным способом. Поэтому ее пирожки с капустой можно было использовать для колки орехов, тефтели по фамильному рецепту превосходно заменяли нажак, а яблочный компот неплохо отчищал накипь с чайника, правда, разъедая при этом сам металл.

Но даже перспектива полакомится фиолетовыми с розовыми пупырышками огурчиками не нарушала общего буколического настроения.

- Благодать сплошная! - просиял директор Андреев, подмигивая запотевшему графинчику с водкой, который возвышался на столе словно ясень Игдрассиль в центре скандинавского мирозданья.

- Хорошо так сидим, - вторил его коллега, - Главное о Призраке ни слуху ни духу уже целую неделю! Что не может не радовать, товарищи. Как говорится, с кем Новый Год не встретишь, с тем его и не проведешь.

И он довольно улыбнулся, словно древний астролог, провозгласивший что земля плоская, а звезды держаться на небосводе при помощи клея “Момент.”

Наконец завуч отложила карандаш и оглядела свое творенье – за возможность выставить его Уффицци и Эрмитаж перегрызут друг другу глотку и подожгут друг другу запасники. Еще раз убедившись в собственной гениальности, Карлыгаш снисходительно кивнула, тем самым положив начало пиру. Прозрачная влага зажурчала по рюмкам, зазвенел хрусталь, и раздались тосты, без которых новогодние посиделки теряют все свое очарование, словно Средневековье без чумы.

- Ну, за Новый год!

- За милых дам и очаровательных кавалеров!

- За друзей которых с нами нет... и слава Богу!

- За что, чтобы Новый год принес нам только радость!

- За то, чтобы пришельцы, эти подонки...

-Товарищ Ведеркин! За творческие успехи коллектива!

- За...

С улыбкой Микеланджело, представляющего Папе роспись Сикстинской капеллы, завуч явила коллегам свой пиктографический тост. Он был похож на те скетчи, которые дети рисуют специально чтобы довести школьного психолога до заикания. Этюд Карлыгаш изображал торжество Добродетели над Пороком – Порок распластался внизу листка, сосредоточенно разглядывая свой высунутый в агонии язык, в то время как Добродетель в юбке-треугольнике наступала схематическими ножками ему на горло. Лицо Порока было скрыто полумаской, а волосы Добродетели собраны в пучок. Прототипы обоих персонажей были очевидны.

-Д-да, - сглотнул Фирмович, - и-и за это тоже.

- За новые свершение и укрепление приемственности!

-За ремонт!

-За милую душу...

-Что?!

- Водка, грю, вкусная какая. Я ее пью за милую душу.

- ТОВАРИЩ ВЕДЕРКИН! За.. за новый бюджет!

-За...

Коллектив сгрудился у стола с закусками, вознес рюмки и готовился было насладиться каждой каплей этого перебродившего нектара, как вдруг дверь распахнулась. Распахнулась громко, чуть не слетев с петель. В учительской до сих пор осталась вмятина на стене в том месте, где ее коснулась ручка, двигавшаяся тогда со скоростью артиллерийского снаряда.
В комнату медленно ступила Королева Проклятых. В одной руке она сжимала шпагу, которой игриво рисовала в воздухе знак бесконечности, в другой – потертый фолиант. Впрочем, последним сокровищем она, судя по всему, не особенно дорожила, потому как тут же швырнула им в директора Андреева, больно ударив несчастного по животу где-то в районе почек.

- Что притихли, гошпода? - нараспев произнесла Мег, сверкая клыками. - Вы решили что я шкрылшя навшегда?

Тишина была абсолютной, как в открытом космосе. Даже побитый Андреев боялся стоном выдать свое присутствие. Учителя и директора не двигались с места, по прежнему сжимая в руках рюмки и термоядерные огурцы, и эта пантомима очень походила на иллюстрации к статье какого-нибудь американского социолога о проблемах алкоголизма в пост-советском пространстве. Присутвующие пытались сообразить, успеют ли они совершить марш-бросок к телефону и вызвать бригаду медиков прежде чем Мег, которая допилась до пограничного состояния, насадит на свой клинок чье-нибудь глазное яблоко.

Вы шкучали гошпода? (на этьих словах многие рефлекторно замотали головой)
Я принеш вам оперу!

По своему обыкновению, завуч потерял терпение первой.

- Мег Жири! Да как ты смеешь так разговаривать со взрослыми?!! - раздался ее шопот в несколько сотен децибел.

- Карлыгаш Гуидичелевна, не кричите на моего ребенка! - огрызнулась Антонина Васильевна и, развернувшись, воззвала к дочери. - Ты что это выдумала, Мег? Ты как себя ведешь?

- Ижвини, мама, Прижрак жаштавил меня, шкажал, что ешли я не передам его оперу, он...

- Ни шлова... то-есть, ни слова не разберу. Вынь клыки и расскажи все по-порядку, да помедленней. И шпагу, шпагу-то мне отдай, горе в пачке!

Мег нехотя протянула матери оружие, словно ключи от города, и только после этого символического акта коллектив осмелился вздохнуть, опрокинуть рюмки, прорыдать реквием по почкам...

- Мама! Сегодня вечером к нам заявился сам Призрак, - Мег старалась говорить медленно и четко, как профессор объясняющий основы дзэн-буддизма бригаде грузчиков. - Он был одет в костюм Красной Чумы, поэтому мы, естественно, приняли его за Деда Мороза...

- Да вы что там пили? - взвизгнула Карлыгаш. - Еще бы за Снегурочку его приняли, балбесы!

- А что, из него получился бы хороший Дед Мороз, - мечтательно сказала Мег. - На нем по крайней мере были штаны, в отличии от прошлогоднего дедули, который, кстати, на словах “елочка, зажгись” действительно зажег елку! Облил бензином из канистры и зажег!

- Мег, давай без экскурсов в прошлое, хорошо?

- Как скажешь, мама. Ну так вот, Призрак выбрал меня в качестве доверенного лица – меня одну, из всего интерната...

-Это у вас семейное, - ввернула завуч.

- ... и велел передать его оперу. Она назвается “Торжествующий Дон... эм... Дон...

- Кихот?

- Нет, Дон...

- По Шолохову, что ли, опера?

- Нет! Она глубоко автобиографична. Дон... А, Жуан! “Торжествующий Дон Жуан.” Призрак сказал, что это подарок директорам к Новому Году. Он даже автограф вам оставил на первой странице. Вот, видите, здесь написано “В качестве гонорара я прошу 20 тысяч рублей.”

- Ничего себе подарочек, - скривился Андреев, потирая бок.

- Нормальный подарок, - обиделась девушка, ибо все упреки в адрес Призрака она, его и.о., теперь воспринимала как персональное оскорбление. - Уж получше чем три года назад, когда Дед Мороз приволок нам мужские журналы. А поскольку мама сказала, что мы еще дети, то в другой раз он принес молочную смесь...

- Мег, я вот смотрю на тебя и думаю, а кто будет дежурить в классной комнате следующие полгода? Ну там полы мыть, зеркала протирать...

- Извини, мама! Вобщем, он вручил мне тетрадь и эту шпагу, а сам пошел танцевать с Кристиной Метелкиной. Потом он забрал то кольцо, которое Рауль подарил ей к помолвке...

- Ага, я так и знал что этим все кончится! - Фирмович важно поднял указательный палец. - Теперь он начал воспитанников на счетчик ставить.

- Он сказал что цепочка теперь принадлежит ему, кольцо тоже, а сертификат на кольцо Кристина может оставить себе, потому что нужно быть полным идиотом – вроде Катюхи – чтобы не разглядеть настоящий топаз. Ну а потом прибежал Рауль, Призрак скок в подземных ход, Рауль – за ним. Теперь он сидит под полом и просит чтобы его достали, потому что там темно и холодно. Так что, мама, иди его извлекай.

- И не подумаю. У меня разве нет других занятий, кроме как ползать под полом в новогоднюю ночь? Разве я не имею право на простое, -она украдкой взглянула на постанывающего Андреева, - так сказать, женское счастье? Ничего, может теперь наш возлюбленный спонсор поймет, что пол в вестибюле давно прогнил, и даст денег на новый.

- Он говорит, что у него клаустрофобия. - Мег уточнила сочувственно.

- Что ж... я полагаю это меняет дело, да? Пойдем, Мег, освободим мятущуюся душу из подземной юдоли. А вы, господа, веселитесь без меня. Чувствую, что вернусь не скоро.
Subscribe

  • Некромантия для чайников

    Зимние праздники — время для страшных историй, поэтому давайте узнаем, как согласно скандинавским поверьям можно воскресить мертвеца. Казалось,…

  • (no subject)

    Народная медицина такая народная. "От укуса гадюки или гремучей змеи: приложить к ране анус голубя. Иногда могут понадобиться два" (Wesley, 1768).…

  • Сказка про ведунью и ее голубого котика

    Делюсь прекрасным :) Спасибо sige_vic за отличный и оперативный перевод! А сказка очень феминистическая получилась. Оригинал взят у…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments