b_a_n_s_h_e_e (b_a_n_s_h_e_e) wrote,
b_a_n_s_h_e_e
b_a_n_s_h_e_e

Categories:

Плантация "Лаура" и ее обитатели

Эту прекрасную креолку в костюме Мефистофеля звали Лаура Лукул, и была она владелицей одноименной плантации в Луизиане, которую мне посчастливилось посетить на днях. Креолами называли себя переселенцы, проживавшие в Луизиане до того, как в 1803 году Наполеон продал это французское владение Соединенным Штатам. Креолы пофыркали, но продолжали жить по-своему.

Про креольскую культуру я знала возмутительно мало, так что закрыла еще один гештальт. Или открыла - уж больно притягательно выглядит жизнь в Луизиане 19 века, совсем не похоже на остальные штаты. И даже на "Унесенных ветром" не похоже. Этакая Франция за океаном, где живут по своим законам и задирают нос перед янки. А янки это практически все, кто не говорит по-французски и не ходит в католическую церковь (владеть рабами в Луизиане было позволено только католикам - все для своих). В общем, ужасно интересная тема. Чувствую, что когда-нибудь я напишу об этом роман - сюжет уже ест мне мозг!




Усадьба Лаура, передний фасад. Из-за частых наводнений - Миссисипи буквально в двух шагах - дом строит на прочных кирпичных колоннах, причем строили его рабы-сенегальцы, которые на родине считались отличными корабельщиками. Изначально стены были из таксодиума, болотного кипариса, но усадьба несколько раз сгорала, так что от кипарисов мало что осталось.

Истинные креолы предпочитали красить свои дома в яркие цвета, не только потому, что были такими жизнерадостными, но и чтобы замаскировать плесень и лишайник. И потешались над англоговорящими соседями, когда те упорно красили дома в белый цвет - уж очень быстро зеленели стены. Кстати, обратите внимание на двери. Входной среди них нет, они служат лишь для того, чтобы впускать свежий бриз со стороны реки. Входная дверь находилась во внутреннем дворике, служившем этакой воронкой, чтобы затягивать воздух внутрь дома. В августовскую жару это было единственной вентиляцией, если не считать опахал, которые устанавливались в столовых и жилых комнатах. Пока хозяева обедали, кто-то из слуг дергал за веревочку, и опахало колыхалось, разгоняя духоту. Это частично спасало от жары, но не от заразы. Канализации не было и в помине, зато под каждой кроватью красовался ночной горшок - какой запах стоял в усадьбах посреди лета лучше и не думать. Вспышки холеры и брюшного тифа были частым явлением. В таких условиях выживали сильнейшие, о чем свидетельствует и история семьи Лауры Лукул.



Хотя на дворе стоял 19 век со всеми вытекающими, на плантации верховодили женщины.

В 1804 году, уже после продажи Луизианы, эти земли отхватил француз Гийом Дюпарк, в свое время сражавшийся вместе с Джорджем Вашингтоном. Но настоящей хозяйкой была его жена Наннетт, в которой каких только кровей не понамешано - не только французская, но и индейская с негритянской. После смерти мужа, Наннетт осталась единовластной хозяйкой плантации. И похозяйничав так как следует, запросилась на покой. Но кому передать владения?

У Наннетт было двое сыновей, дуэлянтов и разгильдяев, причем одно из них она спровадила во Францию после того, как он кого-то убил. А еще у нее была умница-дочка 13 лет от роду. Без особый колебаний, Наннетт передала все хозяйство Элизабет. Так хоть и была подростком, но с задатками настоящей плантаторши.

Семейное древо Дюпарков и Лукулов


Услышав о матушкиных планах, в Луизиану поспешил вернуться бретер Луи. Он уже успел обзавестись женой-немкой Фанни и надеялся, что она родит ему наследника. А там посмотрим, кто кого. Может, и удастся оттяпать у сестры кусок владений. Когда у Луи и Фанни родилась дочь Элиза, она стала средоточием всех из надежд. Ей предстояло стать красавицей, умницей и истинной леди, и, конечно, сыскать достойного жениха. Но с первым же пунктом вышла заминка. У Элизы началась извечная подростковая беды - угри. Девочка убивалась, считая себя страхолюдиной, и родители убивалась тоже, потому что были с ней вполне согласны. В конце концов, решено было отвезти страдалицу во Францию, где эту пакость якобы лечили. Добрый доктор предложил Элизе какой-то порошок, от которого прыщи как рукой снимало. Так и вышло. Правда, вместе с прыщами не стало и самой Элизы, уж очень забористое было лекарство. Убитый горем отец бросил убитую горем мать и уехал в Новый Орлеан, где залечивал душевные раны в компании двух наложниц-негритянок. А Фанни осталась в чужом краю и до конца дней оплакивала дочь. Ее посмертную маску она поставила на каминную полку, чтобы не забывать причину своего горя.

Наннетт держалась в стороне от всей этой драмы. Она выстроила себе резиденцию наискосок от Большого Дома, а заодно назначила себе жалование как финансовому консультанту - не оставлять же дочь без мудрых советов. Элизабет злилась, но отстегивала маме деньги, потому что связываться с Наннетт было опасно - еще проклянет. Погибла боевая старушка в возрасте 94 лет. В 1862 году корабль северян плыл по Миссисипи и бомбил плантации для устрашения врага. Все семейство спряталось в укрытии, и только Наннетт не покинула дом, как не выпроваживали ее слуги. Выйдя на балкон, старушка грозила кораблю кулаком и орала, что ее муж сражался под знаменами Вашингтона, так что пусть янки валят куда подальше. Но янки ее не расслышались. И расстреляли дом, а вместе с ним и грозную бабку.

Нанетт Дюпарк


При Элизабет Лукул плантация расцвела: около 180 рабов выращивали сахарный тросник и добывали из него сахар в огромных котлах. Элизабет держала рабов в ежовых рукавицах и нагоняла на них ужас одним своим видом. Ее внучка Лаура рассказывала о встрече со старым негром, некогда рабом, а в 1870-х свободным батраком. Когда старик приподнял шляпу перед юной мисс, та увидела шрамы у него на лбу. Спросил, мол, откуда. Тот и рассказал, что в молодости попытался бежать с плантации, но Элизабет послала вслед за ним двух рабов, а когда те приволокли его в родные пенаты, распорядилась выжечь у него на лбу свои инициалы.

Лаура была в шоке. Собственно, дети Элизабет, Эмиль и Эми, тоже трепетали перед мамочкой. Эмиль долгое время учился в военной академии во Франции и носу не казал домой, пока не узнал, что по доброй семейной традиции мама собралась передать плантацию его сестре. Он тотчас же вернулся домой и взял в жены первую попавшуюся кузину. Дезири тоже ходила пред свекровью по половице, но иногда даже у нее хватало храбрости противостоять плантаторше. Например, когда Элизабет попыталась продать заезжему работорговцу наложницу Эмиля и его сына - фактически, пасынка Дезири - та вытрясла из мужа деньги и заставила его выкупить бедолаг.

Элизабет Лукул


Дезири Лукул




Наслушавшись рассказов о былом и насмотревшись на бабушку, Лаура возненавидела плантацию. И даже тот факт, что отец сделал ее наследницей, любви к родному пепелищу ей не привил. Вступив в права владения, она поспешила сбагрить это счастье немецким переселенцам. Так что с 1891 года, к ужасной досаде всей родни, на плантацию приехали чужие люди с чужим говором и порядками. А сама Лаура вышла замуж за белого американца - правда, католика - и покинула Луизиану. Уже в преклонном возрасте она написала мемуары о своим дестве на плантации - отчасти для того, чтобы уесть Маргарет Митчелл, которая, по мнению многих выходцев с плантаций, чрезмерно идеализировала довоенную жизнь.

Возможно, плантация "Лаура" не получила бы широкую известность и никто не потрудился бы ее охранять, если бы здесь не были записаны сказки о братце Кролике. Записал их сосед Алсе Фортье, впоследствие президент Американского фольклорного общества и близкий друг Джоэла Харриса, автора "Сказок дядюшки Римуса". Хотя Харрис собирал сказки на нескольких плантациях, он заинтересовался и записями Фортье, особенно сказками о кролике, который во французской версии назывался Compair Lapin. Сюжеты сказок, собранных Фортье и Харрисом, во многом перекликались. Рабы мадам Лукул отличались креативностью и неудивительно - сказки отвлекали их от кошмарной реальности в лице хозяйки.

Tags: creole, cruel and usual
Subscribe

  • (no subject)

    Желаю всем друзьям счастливой и светлой Пасхи! По такому поводу не могу не выбраться в журнал. К сожалению, сейчас я работаюнастолько лютом режиме,…

  • Итоги года

    Я практически полностью исчезла из жж, потому что год у меня выдался таким напряженным, каких я еще не знавала. Диссертация, поездка в Москву (самое…

  • Соавторы

    У меня пока что нет сил что-то писать, так что поставлю плюсик Долли. Оригинал взят у dolorka в Соавторы Это была совершенно…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 60 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • (no subject)

    Желаю всем друзьям счастливой и светлой Пасхи! По такому поводу не могу не выбраться в журнал. К сожалению, сейчас я работаюнастолько лютом режиме,…

  • Итоги года

    Я практически полностью исчезла из жж, потому что год у меня выдался таким напряженным, каких я еще не знавала. Диссертация, поездка в Москву (самое…

  • Соавторы

    У меня пока что нет сил что-то писать, так что поставлю плюсик Долли. Оригинал взят у dolorka в Соавторы Это была совершенно…